– Пожалуй. Об этом я как-то не подумал.
– Припасы для пикника: маринованные огурчики, сосиски и, боже упаси, зефир. У вас, значит, тоже аврал?
– Четвертое июля выпадает на понедельник, погода хорошая – шутишь? И что самое страшное: наш вседержитель намылился отдохнуть в горах от дел праведных.
– Бейкер?
– Ну не Джеймс же Г. Блейн?!
– Хочу с ним увидеться. Точнее, мне нужно его повидать.
– Что ж, поймай, если сможешь. Он скачет, как четвертак в бубне.
– Джои, я могу принести сэндвичи прямо на твой боевой пост.
– Пожалуй, и придется тебя попросить.
– В этот раз за кофе плачу я.
– Ладно.
Мы вместе перешли через дорогу и свернули в проулок.
– Видок у тебя скверный, Джои.
– Еще бы. Устал я от чужих денег. На выходные у меня назначено любовное свидание, а я, скорее всего, настолько выдохнусь, что не сподоблюсь. – Он сунул обертку от жвачки в замок, зашел, сказал: – Увидимся! – и закрыл дверь.
– Джои! – окликнул я, снова открывая дверь. – Сэндвич принести?
– Нет, спасибо, – ответил он из слабо освещенного, пахнущего мастикой помещения. – Может, в пятницу. А вот в воскресенье – точно.
– Разве вы не закрываетесь в обед?
– Говорил же тебе: банк закрывается, Морфи работает.
– Если что – зови.
– Спасибо… Спасибо, мистер Хоули.
В тот день мне нечего было сказать моему воинству на полках, кроме как «С добрым утром, джентльмены. Вольно!». За пару минут до девяти я уже облачился в передник, вооружился метлой и вышел убирать тротуар.
Бейкер настолько точен, что того и гляди затикает, в груди у него наверняка есть пружина, как в часах. Восемь пятьдесят шесть, пятьдесят семь – и вот он идет по Вязовой улице, восемь пятьдесят восемь – переходит дорогу, восемь пятьдесят девять – уже у стеклянных дверей, где его встречаю я с метлой наперевес.
– Мистер Бейкер, я хочу с вами поговорить.
– С добрым утром, Итан. Подождешь немного? Входи.
Я последовал за ним и увидел то, о чем говорил Джои, – религиозную церемонию. Когда стрелка часов дошла до цифры девять, они буквально встали по стойке «смирно». Огромная стальная дверь щелкнула и зажужжала. Джои набрал секретный код и повернул колесо, открывавшее задвижку. Святая святых распахнулась, Бейкер прошествовал вдоль строя салютовавших ему денег. Я стоял за ограждением, словно смиренный прихожанин, наблюдающий за святым таинством.
Бейкер повернулся ко мне.
– Ну, Итан. Что я могу для тебя сделать?
– Хочу поговорить с вами с глазу на глаз, – тихо сказал я, – а магазин оставить не на кого.
– Это так срочно?
– Боюсь, что да.
– Тебе нужен помощник.
– Знаю.
– Загляну, если выдастся минутка. Есть новости про Тейлора?
– Пока нет. Но я забросил пару удочек.
– Ладно уж, попытаюсь выкроить минутку.
– Спасибо, сэр! – Я точно знал, что он придет.
Так и случилось – не прошло и часа, как он появился и подождал, когда уйдут покупатели.
– Так в чем дело, Итан?
– Мистер Бейкер, врач, адвокат и священник обязаны соблюдать профессиональную тайну. А как с этим у банкиров?
Он улыбнулся.
– Ты хоть раз слышал, чтобы банкир обсуждал дела клиента?
– Нет.
– Что ж, спроси как-нибудь – увидишь. Кроме того, я твой друг, Итан.
– Знаю. Совсем дерганый я стал. Сколько лет без отдыха.
– При чем тут отдых?
– Выложу все как есть, мистер Бейкер. Марулло влип!
Он придвинулся ко мне.
– В каком смысле?
– Точно не знаю, сэр. Думаю, речь идет о нелегальном въезде в страну.
– Откуда ты знаешь?
– Он сам сказал, буквально пару слов.
Его мысли тут же заметались, выхватывая кусочки головоломки и собирая их воедино.
– Продолжай. Дело идет к депортации?
– Боюсь, что да. Мистер Бейкер, он всегда ко мне хорошо относился. Я ни за что не смог бы ему навредить!
– Прежде всего, ты должен самому себе, Итан. Что он предлагает?
– Не то чтобы предлагает… Выражался он сумбурно и витиевато, но кое-что я уловил. Если удастся собрать по-быстрому тысяч пять наличкой, то магазин – мой.
– Похоже, он решил сделать ноги, однако наверняка ты не знаешь.
– Да я ни в чем не уверен!
– Значит, в пособничестве тебя вряд ли обвинят. Он ведь не сказал тебе ничего определенного.
– Нет, сэр.
– Тогда с чего ты решил, о какой сумме идет речь?
– Все просто, сэр. Именно столько у нас и есть.
– Ты сможешь выторговать его за меньшую сумму?
– Вероятно, да.
Мистер Бейкер окинул магазин оценивающим взглядом.
– Если ты не ошибся, то вполне можешь поторговаться.
– С этим у меня не очень.
– Ты знаешь, я не люблю сделок в обход закона. Давай я переговорю с ним сам.
– Он уехал.
– Когда вернется?
– Не знаю, сэр. Заметьте, я просто предположил, что Марулло заглянет, и, будь у меня наличка, он мог бы пойти на сделку. Он ведь ко мне хорошо относится, сэр.
– Знаю.
– И мне бы очень не хотелось злоупотреблять его добротой.
– Магазин он может продать кому угодно. И легко получить за него тысяч десять.
– Выходит, напрасно я надеялся.
– Мыслить надо широко! Своя рубашка ближе к телу.
– Скорее, рубашка Мэри. Ведь это ее деньги.
– Так и есть. Что же ты задумал?
– Вы сможете помочь мне с составлением договора? Сумму и дату пока указывать не будем. Деньги я, пожалуй, сниму в пятницу.
– Почему именно в пятницу?
