Зима в раю полностью

– Э-э-э… да. Я улавливаю вашу логику, и это великолепная идея – двух мнений быть не может. Но как же запах? Эта… смесь наверняка будет страшно вонять, да?

Сотрудник «Осифара» хитро подмигнул:

– No problema, при условии, что вы будете откачивать ее подальше от дома. Видите ли, у меня тоже есть маленькая finca, señor, и я знаю по собственному опыту, что жидкость из pozo negro прекрасно стимулирует рост помидоров. – Уголки его губ изогнулись в озорной ухмылке. – И, опять же по собственному опыту, я могу сказать, что на вашей finca лучшим местом для пары грядок с помидорами будет вон тот участок – рядом с casita вашего соседа, Томаса Феррера. Me entiende?

От моего подавленного настроения не осталось и следа. О, как прост, красив и сладостно мстителен этот замысел! Просто сокровище, а не идея. Одним махом мы не только решим нашу проблему с канализацией, но и отплатим Феррерам их же монетой (ну, не совсем монетой… и не только их…) и к тому же получим обильный урожай помидоров. А что еще важно, Ферреры даже не смогут ничего нам сказать насчет запаха: побоятся, что всплывут подробности противозаконной установки их жалкого подобия септика.

– Amigo, вы гений, – расплылся я в улыбке, отсчитывая песеты в ладонь ассенизатора. – И вот вам небольшая надбавка. Вы просто гений. Feliz Navidad!

Человек из «Осифара» милостиво кивнул, принимая мои похвалы и чаевые.

– Только не говорите никому, señor, что этот совет вы получили от меня. Если мой босс узнает, что я рассказал клиенту, как сократить расходы на откачку pozo negro, то меня самого туда посадит. – Он глянул в сторону открытого септика. – А я бы предпочел избежать этого.

Может быть, духи прошлого в старом доме наконец решили, что навлекли на нас достаточно страданий на первое время, точно не знаю. Но после травмирующих событий того штормового и туалетного Рождества дела в «Кас-Майорал» пошли на лад.

С другой стороны, может, это новости о наших совсем не праздничных злоключениях вызвали сострадание у местного населения, так как деревенский обычай помогать соседям здесь все еще был жив – в той или иной степени. Так или иначе, какой бы ни была причина, неотложными проблемами нашей семьи занялись безотлагательно.

Телефонную линию и подачу электричества в долине восстановили быстро, а электрик-водопроводчик Хуан работал только у нас до тех пор, пока не осуществил обновление всей электрики в доме. Еще он установил в pozo negro электрический насос для целей будущей ирригации и досаждения соседям.

Даже плотник Хуан-Хуан объявился в срок, чтобы починить разбитые окна, а также чтобы снять те ставни, которые нуждались в ремонте. Он пообещал, что вернутся они к нам как новенькие в течение dos o tres días – máximo, máximo[268]. И точно, его маленький фургончик «рено» с помолодевшими persianas[269] подъехал к нашему дому ровно три дня спустя.

Все шло слишком хорошо, чтобы быть правдой в этой стране «mañana»[270], где два или три дня могут означать что угодно: через неделю, в следующем году или даже вообще никогда.

Однако Хуан-Хуан имел свою причину быть необычайно пунктуальным, что абсолютно не характерно для островитян. Выгрузив из фургона последнюю ставню, он смахнул с себя опилки и предсказал, что эти persianas прослужат нам десятки лет – при условии, что мы как следует покрасим их перед тем, как вешать на место.

– Sí, muy importante, la pintura[271]. – Он нервно откашлялся и переступил несколько раз туда-сюда, переводя взгляд с меня на свои беспокойные ноги и обратно.

Сначала я подумал, что, может, ему нужно воспользоваться туалетом, но он стесняется попросить об этом, но потом меня осенило: скорее всего плотник хотел, чтобы его своевременно выполненную работу оплатили так же быстро.

– Lo siento, Хуан, – извинился я. – Конечно, я должен сразу заплатить вам за стекла и ставни. Скажите, пожалуйста, сколько я вам должен.

Нет, нет, нет, спешить с оплатой нет никакой необходимости, заверил он меня. Его жена потом пришлет мне счет. Может, даже в следующем месяце. Она всегда так занята, его жена. На Майорке это в порядке вещей. Сам он был родом с Ибицы. Там люди куда более спокойные, ibicencos. Sí, sí – mucho más plácido[272]. Это качество у них от арабов, naturalmente.

Я согласно покивал и вновь принялся гадать, чем же вызвана его внезапное смущение. Хоть бы подсказку он мне какую-нибудь дал, что ли.