Поцеловав его в последний раз, Индия вскочила в седло и поехала на ферму Макгрегоров. Там Фредди, напомнила себе Индия. Никаких слез, эмоций, проявления слабости. Раскрасневшиеся щеки и выбившиеся локоны легко объяснить долгой ездой. Фредди не должен ничего заподозрить. От этого зависело счастье Шарлотты и жизнь Сида Мэлоуна.
Индия сидела в седле прямая как стрела, постоянно пришпоривая лошадь. Назад она ни разу не оглянулась.
– Положение безнадежное. Абсолютно безнадежное, – сказал доктор Росендо Рибейро, единственный в Найроби врач. – Такого ужасающего перелома я еще не видел. Где ваша подруга так навернулась?
Шейми вкратце рассказал о происшествии на Килиманджаро и о том, как он нес Уиллу на себе, а затем вез на поезде в Найроби. Был вечер. Поезд только-только пришел в Найроби. Поездка показалась ему бесконечной. Вытащив Уиллу из вагона, Шейми спросил первого прохожего о местонахождении больницы. Тот махнул в сторону шаткой хижины почти рядом со станцией. Шейми бросился туда, неся на руках бездыханную Уиллу. Больница представляла собой один-единственный врачебный кабинет, немногим лучше полевого госпиталя. Земляные полы, продавленные койки, ржавая раковина и мухи.
– Говорите, она сломала ногу пять дней назад? – повторил доктор Рибейро. – То есть ваша подруга целых пять дней находилась в этом состоянии? Удивительно, что она до сих пор жива. Она должна уйти.
Шейми сознавал, что говорит с иностранцем. Возможно, врач употребил не тот оборот.
– Как уйти? Она не может ходить. Она должна остаться. Ей требуется помощь.
– Не она. Нога. Ногу придется отнять чуть ниже колена. Постараемся ампутировать как можно ближе к перелому, но все зависит от распространения гангрены.
– Нет! – крикнула Уилла; она пришла в сознание и теперь пыталась сесть на койке, куда ее положил Шейми. – Я вас слышала. Не смейте трогать мою ногу!
– Мисс Олден, без ампутации вы умрете, – сказал Рибейро.
В кабинет прошмыгнул какой-то молодой человек.
– Мистер Пинто, вы вовремя. Мне сейчас понадобится ваша помощь. Извольте мыть руки! – рявкнул на него Рибейро. – Ваша гангрена распространяется, – продолжал врач, снова обращаясь к Уилле. – Соединить кости не представляется возможным. Они слишком раздроблены. Операция – ваш единственный шанс.
Уилла повернулась к Шейми.
– Не позволяй ему, – взмолилась она. – Пожалуйста, не давай ему резать.
Шейми нагнулся, откинув ей волосы со лба. Там запеклась кровь. Пока он бегал останавливать поезд, Уилла попыталась застрелиться. Ее спасла слабость рук. Пуля попала не в лоб, а пролетела мимо, слегка задев висок. Шейми объяснил себе, что Уиллой двигало желание избавиться от невыносимой боли, временно помутившей ей рассудок.
– Уилла, твоя нога находится в критическом состоянии, – постарался объяснить ей Шейми. – Организм больше не в силах бороться с гангреной. Если не сделать операцию, ты умрешь.
– Если мне отнимут ногу, я точно умру! – закричала она. – Я умру, если больше не смогу ходить в горы.
– Мистер Финнеган, ваша подруга не в своем уме. Гангрена очень часто сопровождается бредовыми состояниями. Но ваш рассудок, к счастью, работает здраво. Мне требуется ваше решение. Немедленное, – сказал врач.
Шейми прижал ладони к глазам. Он не знал, как поступить. Если он согласится на ампутацию, то предаст все жизненные планы и мечты Уиллы. Если нет, она умрет.
– Мистер Финнеган!
– Делайте операцию.
– Нет! – закричала Уилла. – Шейми, пожалуйста! Скажи им!
– Уилл, все будет хорошо, – дрогнувшим голосом произнес Шейми. – Все будет хорошо.
– Мистер Финнеган, прошу вас, отойдите в сторону, – сказал Рибейро и подозвал ассистента. – Пинто, хлороформ.
Ассистент подошел к Уилле, держа маску. Уилла оттолкнула его, сбросив маску на пол. Доктор Рибейро прижал ей руки к койке.
– Быстрее, мистер Пинто.
– Нет! – завопила Уилла, отчаянно мотая головой. – Нет!
Ассистент слегка придавил ей голову и быстро приложил к лицу маску. Умоляющие, полные страха глаза Уиллы искали глаза Шейми. Ему пришлось отвернуться.
– Так, мисс Олден. Вот и умница, – успокаивающим тоном произнес доктор Рибейро. – Сделайте глубокий вдох. Хорошо. Еще один…
Через несколько секунд Пинто сообщил:
– Она без сознания.
– Не будем терять время. Промойте спиртом участок от колена до перелома. Затем принесите мне костную пилу, скальпели, зажимы, термокаутер, нитки и иглы.
– Боже милостивый, какой ужас, – сказал Пинто, разрезав окровавленную повязку на ноге Уиллы. – Обильное гниение мышц и…
– Благодарю, мистер Пинто, – прервал ассистента доктор Рибейро и повернулся к Шейми. – Мистер Финнеган, если ваши нервы не из крепчайшей стали, рекомендую вам уйти. В городе есть неплохой отель. Называется «Норфолк». Отсюда недалеко. Мы сами позаботимся о мисс Олден.
Шейми не хотелось оставлять Уиллу.
– Мистер Финнеган, пожалуйста, уходите, – сказал доктор Рибейро.
– Я могу… хоть что-то сделать для нее? – спросил Шейми.
– Можете, – ответил врач. – Молитесь.
