“Мы в тупике, Ава. Отдавать тебя магам нельзя, но и по-тихому убрать не выйдет. Твой отец слишком значимый маг и имеет слишком большое влияние на севере,” — ласково говорил Максимильян, поглаживая мои волосы. Инквизитор рассуждал о том, как от меня избавиться, словно читал детям сказку.
“Ты так спокойно рассуждаешь о способах избавиться от меня,” — прошипела я на наглого дракона. Если так он желал отвлечь меня от слез, то вполне успешно. Нагрянувшая злость была больше, чем отчаяние, и понемногу я начала приходить в себя.
“Ты должна понимать, что происходит, и что слезами ничего не изменить, ледышка. Так что не реви понапрасну. Давай успокаивайся и забери свою наглую птицу, пока император её не поджарил,” — спокойно заявил Макс, продолжая успокаивающе гладить меня по спине и волосам.
“Я не буду любовницей императора,” — уже тверже заявила дракону, и вышло бы грозно, если бы не жалкий ‘ИК’, который вырвался посреди фразы, вызывая улыбку наследника.
“Конечно, не будешь. Даже если бы захотела, кто тебе позволит, ледышка,” — уверенно сказал Максимильян и поцеловал меня в раскрасневшийся от слез нос.
Я подняла взгляд на спокойного мужчину. Казалось, его вовсе не волновали обещания Фламариона утром увезти меня во дворец. Все такой же спокойный и высокомерный черный дракон встал и подал мне руку.
Утерев слезы, я умылась под присмотром наследника и направилась обратно в столовую.
_______________
Войдя, я демонстративно изменила цвет своего платья с золотистого на красный, и император, покачав головой, улыбнулся уголком губ и посмотрел на вира Террагона. Хитрый дракон пожал плечами, очевидно, не ожидая от меня ничего другого. А доны за столом откровенно скучали.
Заметив Визардиса, недовольно сидевшего на другом конце стола, вопросительно посмотрела на Доминика.
“Слишком много требований и претензий,” — объяснил хитрый дракон и улыбнулся. — “Ему полезно передохнуть, заклинание временное, до утра пройдет,” — успокоил он меня, и я сочувствующе посмотрела на своего пернатого друга.
“Вернешься в комнату?” — спросила Виза, и он выдал недовольное кря, не двинувшись с места.
“Чем еще я могу развлечь ваших гостей, вир Террагон?” — спросила я, вздыхая.
“Как насчет музыкального артефакта?” — подсказал дракон, и я кивнула, направляясь в другой конец зала.
Уточнив, какую мелодию желают драконы, напитала большую шкатулку магией и активировала. Из отверстий полилась музыка, и драконицы наперебой начали уговаривать правителя потанцевать.
Под возмущенными взглядами доны Флавии и Сереи, император, Доминик и Максимильян развлекали фавориток танцами. Когда и это им наскучило, я разбавила обстановку магией. Чем дольше заняты драконы, тем свободнее дышалось, и было время подумать.
Запустив довольно быструю мелодию, я сплела на полу узор, создавая видимость того, что каждый шаг, который делает пара, попадает в пушистое облако. Похоже, с бытовыми магами во дворце была беда. Детская игра, которой баловал меня учитель танцев, привела в восторг дракониц императора и заставила стонать от зависти жену Максимильяна и Доминика, которые скучали вместе со мной.
Вся разница была в том, что я не скучала, а напряженно думала, как сбежать. Рассчитывать на слова Максимильяна я не могла. Инквизитор мог намеренно успокоить, чтобы избежать конфуза или глупостей, и я его понимала. Жизнь жалкой магички против репутации семьи. Вряд ли Доминик желал попасть в немилость к Фламариону.
Как бы они не общались, не стоит забывать, что за столом собрались звери. Драконы более подвержены инстинктам, чем маги, и стоит правителю учуять угрозу своей власти, он скинет маску дружелюбия и покажет острые зубы.
Из мыслей меня вырвала неожиданно протянутая рука. — “Ты слишком много думаешь, Аврора,” — слегка склонившись прошептал император, и я подняла голову, встречая внимательные темные глаза. Похоже, развлекая свою главную фаворитку, Фламарион не забывал следить за мной.
Приняв мужскую руку, я сменила мелодию и натянула улыбку.
“Надеюсь, вас не пугают быстрые танцы, ва…” — я снова запнулась. — “Вир Рион, этот позабавит ваших уставших дон, даже на месте,” — лукаво улыбнувшись, спросила я у мужчины, и он заинтересовано вздернул бровь и прищурился.
“Ты знаешь поговорку про драконов, Аврора?” — тихо ответил правитель.
“Самая желанная добыча — та, которая недоступна?” — спросила я у дракона, и он улыбнулся, глядя в сторону Максимильяна.
“Есть еще одна. Покоряя небо, не всегда стоит ждать попутного ветра,” — тихо сказал дракон и объяснил: — “Я не ищу легких путей. Удиви, если сможешь.”
Похоже, правитель сомневался, что я смогу показать что-то более захватывающее, чем розовые облака на полу, но в детстве я любила танцы, и еще больше любила трюки своего учителя.
“Вызов принят,” — прошептала я, и из деревянной коробки зазвучала мелодия северных гор.
В отличие от тех, что обычно играли в столице и на юге, наши мелодии были быстрее, чтобы гости не скучали и не мерзли. Отойдя от императора, я прошептала заклинание, и под ногами появился бурлящий снежный вихрь.
