“Тебе идет этот наряд, и к змеям он не имеет никакого отношения. Хотя Флавию раздраконит, в этом не сомневайся. Но сейчас не время, Аврора. Слуги уже пустили сплетни, передышка закончилась.” — Максимильян протянул мне руку, намекая, что пора встречаться с главой рода Террагон.
Без его позволения, наследник не может поселить меня в доме. Что станет делать Макс, если Доминик не даст разрешение, не знали ни он, ни я. Дракон был уверен, что отец отказаться не посмеет, а я старалась об этом не думать.
Спускаясь по широкой лестнице, я всем телом ощущала напряжение наследника. Максимильян пытался успокоить меня и уверял, что это просто формальность, но его вид: словно идет на сражение с монстром, говорил об обратном.
“Может, стоит пожить у Крастина?” — повторила я вопрос уже, наверное, десятый раз. Магия улетучилась, а страх и волнение только нарастали. Да и чужое платье, неизвестно как добытое драконом, уверенности не добавляло.
“Можем, если ты желаешь, чтобы его вместе с тобой отправили в казематы инквизиции.” — прорычал дракон. Похоже, он устал объяснять, что это не выход, и решил привести неоспоримый аргумент, который позволит мне насовсем отказаться от этой идеи.
Где находится столовая понять было не сложно. Хозяевам донесли о том, что дракон явился поздно ночью и не один, и они явно были не в восторге. Точнее, в истерике была жена вира Террагона.
“Серея рыдает и пишет письма, а он обнаглел, прямо в особняк любовниц таскать. Да еще и не собирается ее отправлять, рядом поселил.” — кричала драконица и уже более слащавым тоном заявила, — “Сделай что-то, Доминик, девочка не виновата в том, что ее отец обезумел от потери зверя. Она любит Максимильяна и если бы не его упрямство и холодность, давно бы подарила наследника роду Террагон.”
“Не вопи, Флавия!” — раздался рык вира, и что-то громко упало, — “Я сам разберусь со своим сыном. У Сереи было несколько лет, чтобы родить хотя бы девочку. Если она не сумела удержать мужа в постели даже раз в месяц, пусть не стонет. Я не стану влиять на решение Императора.”
Макс немного улыбнулся, явно воодушевленный тем, что отец не стал потакать прихотям и капризам жены, и взяв меня за руку тихо сказал: “Вдохни поглубже, ледышка, сейчас мы нырнем прямо в снежную вьюгу.”
Столовая была погружена в полумрак и освещалась только слабыми и старыми артефактами. Большой стол, за которым могло одновременно сидеть не менее пятидесяти драконов, стоял посреди полупустого зала. Было чувство, что когда-то мебели тут было больше, но хозяева перестали устраивать пышные балы и убрали лишнюю. Огромные окна вместо тонких стекол были украшены мутным цветным стеклом, на котором были изображения черных драконов.
Все это я успела рассмотреть старательно, избегая придирчивого взгляда вира Террагона, пока Максимильян сцепился с Флавией. Взрослый дракон замер едва мы с наследником появились в столовой и не издал ни звука, сверля меня внезапно почерневшими глазами. Зато его молчание вполне компенсировали вопли жены.
“Ты притащил ее сюда? Еще трех месяцев не прошло, как Серея покинула особняк, и ты привел ЭТУ.” — вместо приветствия завопила драконица, вскакивая со стула.
“Прошение расторгнуть брак я подал уже давно и не собираюсь носить траур, поскольку Серея жива.” — спокойно заявил молодой дракон, задвинув меня за спину.
Дона Флавия, казалось, готова была растерзать незваную гостью на месте. Похоже, женщина была привязана к родственнице и явно желала вернуть наследника законной супруге. И уж никак не вписывалась в ее планы я, да еще и с татуировкой, которую Максимильян запретил прятать, специально вручив мне платье с открытыми плечами.
“Ты совершаешь ошибку. И еще женат. Я не позволю! Не в этом доме.” — шипела драконица и начала медленно приближаться.
Макс прикрыл меня собой и зарычал.
Доминик наконец-то отреагировал, понимая, что конфликт набирает обороты. Он прекратил меня рассматривать, словно призрака при лунном свете, и громко рявкнул, но вовсе не то, что ожидала я или Максимильян, — “Сядь, Флавия! Девочка остается!”
Глаза драконицы округлились, а Максимильян подавился воздухом и хрипло закашлялся. Глава рода Террагон позволил магичке остаться в родовом поместье драконов. О таком в самую пору в Магических хрониках писать. Северяне в рамочку поставят эту новость, не веря, что такое возможно без магии.
“Доминик!” — взвыла дона Флавия, но послушно села рядом с супругом, — “Она даже не его Аматрикс. Если ты решил нарушить слово, данное кузену, и позволить Максимильяну завести Аматрикс, отправь ее туда, куда следует.” — не сдавалась драконица.
Но вир Террагон, похоже, уже привык к воплям жены и невозмутимо повторил то, что сказал ранее, — “Девочка остаётся.” — после чего дракон указал нам с ошарашенным таким заявлением наследником на места напротив и кивнул служащему, который топтался в дверях в ожидании распоряжений.
