- Представляю, сколько сердец ею уже разбито вдребезги, - улыбнулся он. – При такой красоте еще и это… волшебство!
- Очень рада, что вам нравится! Холлэ было бы приятно… А насчет сердец – достоверно мне ничего неизвестно. Вот соседи наши – те любят заезжать на угощение! – рассмеялась герцогиня и ловко своею рукой положила Йэгу ещё рыбы.
А ее муж, с завидной скоростью уничтожающий по очереди оленину, соленые грибы и пресловутого карпа вкупе с картошкой (что совершенно не сказывалось на его фигуре) согласно кивнул и добавил, что вот может быть, теперь… Его высочество… будет заезжать немного почаще… и что вот сейчас не сезон, а вот весной – какая в Линдари рыбалка!
- Вы меня искушаете, Ваша Светлость, - усмехнулся Йэг. – К тому же из меня рыбак не очень, разве что лодочкой порулить пустите. В любом случае, благодарю за приглашение. Буду рад навестить еще и весной.
- Порулить – это в очередь с Холлэ! – улыбнулся ее отец с плохо скрытой гордостью. – Любит она это дело. И грести умеет даже… только вот кто ж ей даст теперь, баловство это!
- Почему? – немного удивился Айдесс, дотягиваясь до настойки. – То есть, это, разумеется, не мое дело, но… ей нездоровится? Может быть, попробовать обратиться к гезонгским целителям? У меня там есть знакомые, и, думаю, мне не откажут в подобной просьбе…
«Хотя, может, она просто в тягости… тогда, конечно, нельзя… А я тут лезу… с целителями своими… то есть гезонгскими…»
- Она здорова! – отозвался герцог. – Вон, своевольничает… Уехала на остров Голый, на шлюпке. Там старая Мирри заболела, няня ее…
- Оо, вот как… Ну… я рад, что она в здравии. Надеюсь, она скоро вернется, и я смогу засвидетельствовать ей свою благодарность и восхищение.
Настойка разлилась по сомлевшему телу горячей расслабляющей волной, и Йэг вдруг понял, что… все. Он, что называется, готов. Подперев рукой ставшую вдруг очень тяжелой голову в попытке скрыть от собеседников свою усталость, он позволил себе на мгновение помечтать о льняной простыне и тяжелом одеяле. И можно даже без подушки.
- Да, конечно! – вступила герцогиня. – Признаться, я ждала Холлэ уже сегодня… Но, думаю, завтра она точно должна приехать.
«Задержалась… Ну ничего. Всякое бывает. Если она отправилась к своей няньке сама, значит, неравнодушна к старушке. А раз так, то и задержка понятна – мало ли, о чем двум любящим друг дружку женщинам найдется поболтать… Как раз, может быть, завтра я буду более приличным собеседником. А то гость называется… приехал, все сожрал и спать завалился. Налетчик какой-то… Правда, я с приглашением…»
С такими мыслями Йэг и отправился спать. Он шел за служанкой, любуясь ладной девичьей фигурой, загадочно обрисованной свечным сиянием. Шел, еле-еле поднимая ноги над ступеньками, – и наслаждался собственным предвкушением. Вот он сейчас сядет на постель, потрогает ладонями белье, потом заберется под одеяло и закутается хорошенько, чтобы побыстрее стало тепло. Он всегда так делал, если не считать тех месяцев, что он провел в Гезонге (там в этом просто не было необходимости). А после того, как согреется, он вытянет ноги. И уснет. И мысль об одиночестве в постели на этот раз его почему-то не особенно беспокоила. Сказать по правде, она вообще не пришла ему в голову – впервые за последние несколько недель.
Дах Фёрэ сел на кровать, даже не сняв штанов – так не терпелось ему поскорее ощутить близость сна. А в следующее мгновение спать ему резко расхотелось. Он подскочил к окну, разом забыв, что в гостях, а не дома, распахнул его и, теряя драгоценное накопленное тепло, чуть не по пояс выпростался наружу.
А там… там выл ветер. В этом вое звучало отнюдь не привычное яростное веселье. Гнев и бешенство, и даже какая-то сердитая обида слышались в воздухе столь явственно, что догадаться о происходящем не составило кёорфюрсту никакого труда.
Мага проморгали. Маленького (пока еще) мага воздуха, бестолкового и очень гордого своим открытием. Ну как же – он может приказывать ветру! То, что на самом-то деле совсем даже не может, он еще не понял. Еще чуть-чуть, и голос ветра станет злым, и тогда…
«Мальчишке конец!» - лихорадочно думал Йэг, вихрем слетая по лестнице, которую только что с таким трудом преодолел. – «Кровавое пятно! Месиво! Черт бы побрал засранца! Ну почему? Почему ты – не девка, неведомый мажонок?!»
Девушки, как правило, таких ошибок не совершали, это – чистейший мальчишеский провал. У девчонок другие какие-то трудности, он не знал, какие именно.
Принц задыхался, больше от волнения, нежели от усталости, сорванной с него ужасом, словно небрежно закрепленный плащ. Объяснять встревоженным хозяевам обстоятельства он не стал – вдруг еще есть шанс успеть и спасти этого обормота?! Негоже время тратить, потом объяснит…
Эпицентр волшбы он определил очень быстро. Не очень далеко. Даже, пожалуй, совсем близко! И коня не надо! Удача, однако! Вон там, в замке! Да вон же он, этот паршивец, маг этот недоделанный! Гордится стоит!
