А кроме того, сказалось, по-видимому, и желание утвердиться в этом новом мире – вот никто не может, а я – смогу! И, значит, выживу! Хотя бы потому, что у меня преимущество перед тобой: ты для меня просто еда. Ну и такой момент: подражать сильному, быть на него похожим – очень удачный ход с точки зрения выживания. (А выжить – помните? – хотят все.) Глядишь, и сам, делая как сильный, сильным станешь. И потому первобытный человек надевал шкуру медведя, а его далекий потомок – китайскую шмотку с надписью «Армани». Потому что это – носят сильные! Дальнейшие пляски в этой одежде в общем-то особо между собой и не различались – что у кроманьонца, что у жителя мегаполиса начала XXI века. В силе морфа очень быстро убедились все. Морфы едят людей. А значит… Самое печальное, что вот это сработало гораздо в большей степени, нежели у самурая, поедающего печень убитого врага при обряде «куматори». Или полинезийца, закусывающего вовремя подвернувшимся мореплавателем, дабы знания и умения могущественного белого человека перешли к нему. Не сразу, конечно, но все же достаточно быстро выяснилось, что и в каком виде стоит употреблять у ближнего своего. Почему – большинство, правда, не знало. Ну и ладно, главное – работало ведь! Однако даже те, кто вирусом занимался всерьез, – а то, что все эти дополнительные бонусы новоиспеченному людоеду дает именно он, уразумели быстро все, – не понимали толком, что же делает со вчерашним офисным хомячком, которому до жути захотелось стать крутым, «шестерка»…
В организме жертвы такого вот субъекта, решившего, что и он «право имеет», вирус переходил в форму «В». Естественно, все опыты с поеданием мяса в виде шашлыков и прочих блюд с термической обработкой быстро доказали то, что и должны были доказать: ничего такого особенного с человеком не происходит, разве что утоляется чувство голода. Вирус инактивировался температурой. Вот с сырым мясом – тут дело шло веселее. Опять же если понять, что лучший эффект развивается именно при жевании. Ферменты слюны, а затем и пепсин желудочного сока живого человека на «шестерку» действовал некоторым образом инактивирующе. Собственно, это было почти то самое, что и искали в арзамасской лаборатории: один из недостающих компонентов для разработки действительно эффективной вакцины. «Ослабленная» форма «В», попавшая в желудочно-кишечный тракт, не зомбировала человека за несколько минут-часов-дней, а внедрялась в кишечную микрофлору. Между прочим, ее в человеке – несколько килограммов живого веса. И находится она в человеке не просто так, а выполняет важную роль – продуцирует витамины и прочие полезные штуки. При этом у человека, жующего сырятину, в организм попадала форма «В» – более агрессивная форма вируса. Нелюди – к таким быстро прицепилось это название – не только не болели ни вирусными, ни даже другими бактериальными заболеваниями, но даже начинали приобретать, пусть и в значительно меньшей степени, то, что давала зомби именно эта форма: увеличивалась реакция, скорость, сила, тем более что в организме нелюди энергетические процессы шли все же по кислородному – более энергетически выгодному – пути с первой же минуты. А кроме того, потихоньку менялось и тело. Опять же до когтей морфа, пробивающих лист железа, видоизмененным ногтям было далеко, но вспороть живот противнику взмахом руки – это тоже неплохо. И все бы хорошо, да только за все в этом мире приходится платить: при достижении определенного количества зараженной микрофлоры в кишечнике количество переходило в качество, микробы начинали «гнать» наряду с витаминами и вещества, губительно действующие на головной мозг. Нечто подобное, для сравнения, наблюдается у больных циррозом печени. В условиях отсутствия печеночной детоксикационной способности организм может запросто отравиться продуктами жизнедеятельности собственной кишечной микрофлоры, в силу чего и назначают таким пациентам антибиотики – для ее подавления. А перестать употреблять человечину нелюдь уже не мог: действие сырятины для него становилось схожим с действием наркотика, как по эффекту от употребления, так и по последствиям, – начиная с определенного момента нелюдю уже было невозможно обходиться без куска человечины, как не может обходиться без ежедневной дозы героина наркоман или без стакашка хоть чего-нибудь спиртного алкоголик со стажем.
