
Итак… оказывается, я действительно Дочь Люцифера. Наследница Ада. И — вы правильно догадались — будущая Королева Проклятых.Но что, если я не хочу править?С бесом, скрывающимся где-то, и Джошем, ушедшим из этого мира, я все еще не была в безопасности. Даже близко. Любимый папочка передал мне не только свое наследие и метку. Он также передал все проблемы Ада, а это значит, что его враги теперь стали моими.К счастью, у меня есть Четыре Всадника, моя лучшая подруга-банши и злобный енот на моей стороне. Но теперь мне приходится иметь дело со Зверем — моей психованной, навязчивой и откровенно пугающей сущностью, которая всеми силами пытается добиться, чтобы Всадники были не только у меня за спиной, но и в моей постели.Как будто научиться контролировать адское пламя само по себе недостаточно сложная задача.Неужели Люциферу было так сложно написать руководство, прежде чем умереть?
Кел Карпентер
Злая Игра
— Иногда лучший свет дает горящий мост.
— Дон Хенли
Глава 1
— Руби! — Крик вырвал меня из сна.
Мои глаза распахнулись, и первым, что я увидела, была Мойра, отблески мерцающего синего пламени танцевали на ее лице, когда оно горело вокруг нас. Когти впились мне в верхнюю часть груди, когда Бандит в дикой панике попытался взобраться на меня сверху. — Руби!
Она оседлала меня, с жаром встряхивая, и издала крик, который мог разбудить мертвого. Наше переднее стекло разлетелось мгновенно.
Моя звериная сущность внутри меня нахмурилась при виде представшей перед нами сцены и зарычала на Мойру и Бандита за то, что они по глупости подвергли себя риску. Ей хватило всего одного взгляда, и огонь тут же стих.
Ну ладно.
— Мойра, — прохрипела я. Ее крик оборвался в тот момент, когда пламя рассеялось, оставив тонкий блестящий черный осадок, который, я могла только предположить, был пеплом. Холодный ветер задувал в окно, поднимая жалюзи настолько, что сквозь них пробивался луч солнечного света и больше освещал открывшуюся передо мной сцену.
Мое обнаженное тело дрожало на голом бетоне, где раньше стояли диван и ковер. Моя гостиная представляла собой не более чем обугленные останки с четырьмя стенами. Кучи черного пепла усеивали цементный фундамент, разносясь по комнате, когда резкий порыв ветра проносился сквозь него. Бандит крепко обнял меня, и обнаженное тело Мойры прижалось к моему, когда она сжала меня в отчаянных объятиях. Там, где она была одета, теперь не было ничего, кроме тонкой черной пыли на ее бледно-зеленой коже. Там, где все остальное было уничтожено огнем, моя лучшая подруга и енот были спасены.
— Мне очень жаль. Я не хотела… — Мои сбивчивые извинения были прерваны стуком в дверь.
— Секунду! — Крикнула Мойра. Громкие удары в дверь прекратились.
— Руби? — Позвал Ларан. Его голос с легкостью доносился через разбитое окно.
— Я здесь. Просто дай нам секунду, — ответила я. Он нетерпеливо хмыкнул, но настаивать не стал. Мойра вскочила на ноги, потянув меня за собой. Мелкий порошкообразный пепел покрывал нас обеих, блестя, как гранулы оникса, в слабом свете, льющимся из кухни. Большой секционный диван, на котором я спала, полностью исчез, как и большая часть комнаты. Огонь, казалось, распространился до самого края кухни и коридора, прежде чем зверь, наконец, потушила его.
— Ты действительно дочь Люцифера, — пробормотала Мойра. Ее глаза цвета морской волны остановились на клейме в центре моей грудины.