Злая Игра полностью

— Стараюсь. Вот только вы не чувствуете, что что-то готовится?

Ораю закрыла глаза, будто вслушиваясь, так же поступили присутствующие маги.

— Ничего, — сказала Судья спустя минуту. — Может, показалось?

— Мне не может казаться, — сухо отрезал я.

— Огоите, — слабым голосом произнёс Мёртвый. — Я что-то ую… как утто…

Судья, насупившись, поднялась из-за стола и картинным жестом обвела всех присутствующих.

— Готовимся к обороне, всех людей на посты. Мы будем резервом на случай прорыва или контратаки.

Я слабо усмехнулся.

— От меня сейчас проку почти нет.

— Всё равно держись с нами. Инча, Мёртвый, Жнец, будете охранять его. Если погибнет Палач, мы обречены.

Друидка смерила меня взглядом полным злости и боли. Я стоял с каменным выражением лица. Хотя, под маской, лица, наверное, не было видно.

— Ну, чего вы встали?

Мы сбежали по лестнице так, будто штурм был уже в самом разгаре. Но жрецы не торопились.

Напряжение в воздухе становилось всё более ощутимым, теперь его чувствовали даже те, кто был далёк от Тьмы и Скверны. У многих начало звенеть в ушах. Я же услышал голоса. Они умоляли плачущими голосами. Стенали и жаловались.

— Умрите, умрите…

— Не мучьте нас… умрите…

— Дайте нам покой… умрите…

— Не убивайте нас… умрите…

Я стиснул зубы и сжал кулаки. Нет, это не жертвы, у них мозг полностью выключен. А кто же тогда? Осквернённые? Сами жрецы? Что мы знаем о них? Жизнь оккультиста — пытка, так, может, и жрецы испытывали что-то подобное? С другой стороны — какая, к чёрту, разница? Всё, что мы могли — это избавить их от мучений.

— Умрите… сделайте милость… умрите…

— Не слушайте их! — крикнула Судья так громко, что я даже вздрогнул. Голоса не исчезли, но перестали так настойчиво лезть в голову, видимо, Ораю применила какую-то магию, защищающую от ментального воздействия.

По улицам медленно пополз серый туман. Он пробирался по камням и завалам так, будто был живым существом — осторожно прощупывая дорогу, иногда отступая, а иногда обвивая выставленные ловушки. Впрочем, живым он не был, иначе ловушки бы сработали. Первые струйки стелились по земле, но уже спустя пару минут серая субстанция поднялась до уровня пояса, а ещё через три могла бы закрыть человека с головой. Уверен, сунься туда кто-нибудь, и он бы исчез без следа в этой серой непроглядной пелене. Туман замер в нескольких шагах от храма, будто его остановил какой-то незримый барьер.

Визг в ушах начинал сводить с ума. А потом в тумане что-то зашевелилось. Чёрные тени сновали в непроглядной пелене, выполняя какие-то приготовления.

Где-то у самой границы разрушений, устроенных Храпом, что-то глухо «ухнуло», поднялся белый огненный столп. Клочки тумана разлетелись в разные стороны, очистив небольшое пространство, но почти сразу прореха затянулась, остался лишь запах горелой плоти. Впрочем, звук взрыва окончательно заглушил стоны в моей голове.

Мельтешение на площади возобновилось, даже стало интенсивней. Вспышки, молнии, лезвия, камни, глыбы льда и удавки из плоти погибших осквернённых начали свою жестокую жатву. Гремело так, что чуть не лопались ушные перепонки.

— Они снимают заграждение, — прошипела Инча.

Я усмехнулся и пожал плечами. Ничего удивительного…

Удивительно то, что с каждой жертвой серая пелена начинала окрашиваться в багровый. Я с нарастающим беспокойством наблюдал, как пространство заполняет кровавый туман. Знакомое ощущение? Ещё какое! Я закатил глаза и осторожно коснулся энергетической составляющей завесы, закрывшей город… и едва не задохнулся от Злобы. Здесь её скопилось столько, что даже мне не под силу было её переварить. Тем не менее, я осторожно — а то можно сойти с ума и начать крошить всех, кто попадётся под руку — начал тянуть энергию. На случай драки сгодятся даже эти крохи, пусть Тень я использовать практически не смогу, но остались ведь старые добрые Метки и Отравленные Стрелы.

«Разминирование» продолжалось с четверть часа. Жрецы быстро определили, где были установлены одноразовые, а где многоразовые ловушки. Многие имели время перезарядки, но несколько десятков лишних проклятых для повторной разрядки таких ловушек у них имелось. Туман к тому времени совершенно окрасился в цвет крови, смешанной с грязью. И в какой-то момент тени застыли, воцарилась тишина.

Я стоял у раскрытого окна, втягивая ноздрями влажный воздух. В знакомом запахе смерти в этот раз было куда больше угрозы. В моих руках были заряженные арбалеты. Меня что-то беспокоило, что-то практически неощутимое, как будто какая-то тень застыла на самой границе бокового зрения. Что-то не так. Что-то совсем…

— Они перекрыли доступ к буре, — прошептал я помертвевшими губами. — Этот туман не даёт проникнуть сюда той энергии, что питает Игру и всех игроков!