Я выразительно покосилась на здание, которое вот-вот почтит с миром.
- Мы по личному вопросу, вернее за советом.
Двухметровый мужик, больше смахивающий на санитара в психдиспансере, задумчиво почесал голову, которую гордо венчала белая шапка из овчины. Он вообще был одет довольно странно: дорогие полу сапоги из кожи очень хорошей выделки, резко контрастировали с холщовыми темно-синими брюки. Венчала эту композицию грязная бежевая рубаха с расписным воротом и стегана черная безрукавка, вся в непонятных белых разводах.
Пораженно рассмотрев свалявшиеся в некоторых местах темно-каштановые волосы и давнейшую щетину, которую он носил с такой гордостью, словно за это ему должны были дать корону со скипетром, у меня вырвалось само собой:
- А вы точно тот самый врачеватель, о котором говорит все Сатамашто?
Мужчина широко ухмыльнулся, продемонстрировал ослепительно белые, ровные зубы, словно их сделали на заказ. Только вот вставленные стоматологом челюсти все равно выглядели чужеродным элементом, а здесь подобная красота могла вызвать только искреннюю зависть. Удивительно, как только одна улыбка способна изменить и преобразить человека. Алексис словно засветился изнутри, и уже не было никакого дела до того, во что он одет и насколько опрятно это смотрится.
- Тот или не тот не знаю, я слухи не люблю, пусть болтают, что хотят.
Именно этот ответ полностью меня удовлетворил.
- Мы пришли из аз-Зайтуна с просьбой помочь. Будем разговаривать здесь или все-таки пригласите в дом?
При упоминании академии лекарь сначала нахмурился, и я побоялась, что он не станет нас дальше слушать, но Алексис молча подошел к двери, распахнул ее, благо она оказалась не заперта, и приглашающе махнул рукой. Ядвига острыми ногтями вцепилась мне в предплечье, словно боялась, что как только мы войдем внутрь, нас тут же разлучат. Алексис зашел за нами следом:
- Ярослава, ты не по поводу подружки своей хотела поговорить? А то смотрю что-то она уж больно нервная. Я тут как раз недавно замечательные капельки приготовил, недельку попьет, будет как новенькая.
- Яра, почему он ко мне цепляется? – свистящим шепотом поинтересовалась ведунья, - скажи ему, что он меня не трогал.
- Сама скажи, я вам что, испорченный телефон?
- Что такое телефон? – тут же поинтересовались Алексис с ведуньей, но я проигнорировала их любопытство.
Внутри дом был совершенно иным, чем снаружи. Здесь даже стены были прямыми, без щелей, нигде не дуло, по периметру просматривалось несколько окон. Вокруг светло, тепло и вкусно пахло какой-то выпечкой. Единственное что мебели было немного, посередине большой стол с кучей стульев и вся огромная комната была превращена в кухню-столовую с кучей стеллажей, на которых вольготно расположились всевозможные склянки с мазями, настойками, травами и прочими прелестями деревенского лекаря. Такие даже у нас еще остались.
Не спрашивая разрешения, я села за стол, отметив, что первое впечатление как всегда обманчиво и вокруг царила стерильная чистота. Сам хозяин оставил нас на несколько минут, сказав, что переоденется и выйдет.
- Заклинание искажения пространства, - благоговейно прошептала Ядвига, присаживаясь рядом, - стоит – целое состояние. Только зачем оно ему нужно?
- Не хочет выделяться, - предположила я, рассматривая дом внутренним зрением.
А ведь Ядвига права, здесь явно что-то делали, повсюду энергетические след и нити, за которые так и хотелось потянуть, но я не стала этого делать. Алексис спустился к нам по крутой деревянной лестнице заметно посвежевший, в чистой льняной одежде. Волосы он тщательно расчесал назад, открыв миру широкий лоб. Отвечая на наши любопытствующие взгляды, он нехотя пояснил:
- Я иногда выбираюсь в город, новости узнать. Не люблю, когда на меня обращают внимание, поэтому предпочитаю образ нищего, так очень удобно. Так с чем вы ко мне пришли?
Тщательно подбирая слова, чтобы не спугнуть мужчину раньше времени, я рассказала об одной больной неизвестно чем курсантке и о моем сильном желании помочь ей. Проблема в том, чтобы поставить правильный диагноз, когда всех методов исследования мы были практически лишены. Была у меня мысль, что у девушки рак, но ведь это без соответствующих процедур не узнаешь!
- И ты думаешь, что у меня есть такие методы, кроме диагностики энергетики? – как-то странно покосившись на меня, поинтересовался Алексис.
- Я слышала, что ты практикуешь нетрадиционные методы, правда какие именно, никто сказать не может, - честно призналась я, - поэтому мне важно узнать, как именно ты работаешь с людьми.
- Раздевайся, - после некоторого раздумья, вдруг жестко приказал Алексис.
Я окаменела.
- Зачем?
- Посмотреть хочу, - хмуро улыбнувшись, просветил меня лекарь, - да что ы смотришь так на меня? Вот женщины пошли испорченные. Мне надо только убедиться, что на спине у тебя нет знака принадлежности к Инквизиции, а то они уже несколько лет тут крутятся, вынюхивают что-то.
