Констанс бросила взгляд на часы. Где этот чертов водитель?
— Ладно. Так вот, эти наркоторговцы пришли в бешенство из-за того, что пропала крупная партия. Они предлагали вознаграждение за информацию. Если груз не будет обнаружен, то полетят головы. Этот груз доставляли контрабандисты, включенные в группу мигрантов, переходивших границу. Их всех неожиданно накрыли и увезли на грузовиках. Это были правительственные машины, все одинаковые, с закрашенными номерами… типа военных.
— Продолжайте.
Слушая его, Констанс отодвинула занавеси и увидела свет фар, приближающийся по Каптива-драйв.
— Один старый алкаш рассказал им историю про колонну грузовиков, которые въезжали в Тейтс-Хоул или Тейтс-Холл, не расслышал толком…
Констанс смотрела и слушала. Приближение фар замедлилось.
— …На западе, за Джонсонс-Форк, — продолжал Смитбек. — Десятиколесные грузовики с грузом, укрытым брезентом. С этими странными штуками вроде барабанов, привинченными перед кабиной. Похоже, они были такими же, как грузовики, перевозившие мигрантов. Пендергасту это нужно знать, вы поняли? Вы ему передадите? И не забудьте напомнить ему, что за ним теперь должок. Вы поняли?
Фары остановились перед Мортлах-хаусом.
— Мне нужно уходить, — сказала Констанс.
Она понятия не имела, имеет ли эта информация какую-то важность, но все же отложила ее в своей голове.
— Где он, кстати? — спросил Смитбек.
Констанс отключилась и побежала к подъехавшей машине. Приглушенные сетования из подвала, которые смолкли какое-то время назад, снова зазвучали при звуке ее шагов.
«Он выживет», — подумала Констанс, садясь во внедорожник.
— Леди, позвольте мне сказать, что пункт назначения, который вы указали как «рядом с Эстеро-Бей», — это очень неконкретно.
— Когда мы будем на дороге близ того места, я вам скажу, где остановиться.
Она увидела в зеркале заднего вида, что водитель нахмурился.
— Вы не можете сказать, где точно? Это длинная пустынная дорога.
— Там будет полиция.
«Добро пожаловать в Таллахасский международный аэропорт, — раздался в динамиках голос стюардессы. — Мы еще раз приносим извинения за изменение маршрута, вызванное погодными условиями, и мы сделаем все, чтобы…»
Остальная часть объявления потонула во всеобщем шуме, когда люди начали доставать свои мобильные телефоны, вскакивать и открывать верхние багажные секции, сражаться с сумками на колесиках и толкать друг друга, спеша к выходу. Колдмун же просто угрюмо сидел, смирившись со своим невезением. Перед посадкой он зарегистрировал пистолет на пропускном пункте, и после пяти часов полета в тесном кресле пистолет превратился в свинцовую гирю, висящую на его плече под пиджаком. Долбаное Таллахасси. Самолет должен был приземлиться в Форт-Майерсе, а теперь ему придется несколько часов ехать в грозу, чтобы добраться туда.
Его мрачные размышления были прерваны вибрацией в кармане брюк, причем не той вибрацией, какую он ценил. Это напоминал о себе его телефон с выключенным звуком. Наверное, звонит Пендергаст.
Колдмун вытащил телефон. Региональный код 212, нью-йоркский телефон с незнакомым номером. Ну точно, это Пендергаст, готовый подключить к линии Пикетта, чтобы поаплодировать его, Колдмуна, успехам. Отлично, ему только поздравительной групповухи не хватает.
Впрочем, не стоит предполагать худшее. Сейчас все станет ясно. Он поднес телефон к уху и сказал:
— Специальный агент Колдмун.
— Агент Колдмун, — раздался женский голос, — это…
Остальное утонуло в чем-то похожем на вой в аэродинамической трубе.
— Что? — спросил он. — Кто это?
Он услышал тот же голос, требующий, чтобы закрыли окно, и внезапно аэродинамическая труба смолкла.
— Леди, я ничего не вижу через лобовое стекло, — жалобно проговорил кто-то.
— Откроете через минуту.
И теперь Колдмун узнал голос. Это была Констанс Грин, а вторым человеком, по-видимому, был водитель.
— Констанс? — спросил Колдмун.
— Да. Последние четверть часа я пыталась связаться с вами.
— Я только что приземлился в Таллахасси — место посадки пришлось изменить из-за грозы. Что случилось? Где вы?
— Это не имеет значения. У вас есть известия от Пендергаста? — нетерпеливо спросила она.
На том конце происходило что-то вроде выяснения отношений.
— Как я вам и говорил, — услышал Колдмун голос водителя, обращенный к Констанс, — Эстеро-Бей тянется почти до самой Бонита-Спрингс. Вы должны сказать мне, куда сворачивать.
— А я вам сказала: туда, где будет полиция. — И снова Колдмуну: — Он не сказал вам, куда поедет потом? Что он планировал делать?
— Нет. А что?
— Я думаю, его похитили. Найдены обгорелые останки «рейнджровера», похожего на тот, что он купил. Свидетель говорил о вертолете, стрельбе из автоматического оружия, какой-то перестрелке. На заднем сиденье найден обгоревший труп молодого человека.
«Черт возьми!» Колдмун вскочил с места и поспешил к выходу.
— Что-нибудь еще?
— Мне звонил Роджер Смитбек, журналист. Он сообщил о большой партии пропавших наркотиков, явно похищенных вместе с группой иммигрантов на границе с Аризоной. Это каким-то образом связано с обрубками ног.
