В Барселону пришёл сентябрь. И вместе с ним началась моя учёба. Нагрузка была сильнее первого курса. Легче только в адаптации. Теперь я знала, чего от меня требуют преподаватели, и заводить знакомства в группе не было нужды. Я с головой погружалась в ритм учебного процесса. Так мне удавалось отвлечься от мыслей о Викторе Эскаланте.
Я влюбилась в университет с первого посещения его стен. Это была моя стихия! Каждый раз, когда входила в огромные величественные аудитории с многовековым интерьером, сводчатыми потолками и витражными окнами, я словно попадала в иной мир, который создан специально для меня. Словно оказываешься в тайном хранилище мудрости и знаний. Ты покоряешься этой мощи, но с невероятным восторгом от своего поражения. Это мой личный Хогвардс.
Завидовала преподавателям и аспирантам. Ведь они здесь работали, а я всего лишь училась. Через четыре года навсегда покину эту крепость науки. Больше всего мне хотелось растянуть это удовольствие, которое для многих казалось пыткой.
А ведь пройдёт ещё совсем немного времени, и вся моя жизнь, надежды и мечты – станут пылью. Вот той пылью, что забивается в предметы, падает на кожу и которую так лёгко и беспощадно смываем водой или протираем салфеткой…
С того вечера в стиле сальсы мы с Виктором не виделись уже три дня. Он звонил и писал мне. Интересовался привычной и необязывающей фразой: «Как дела?». Я отвечала коротко и сдержанно. Спрашивала, что нового у него. Он работал все эти дни. Но подробностями я не интересовалась, так как боялась долго общаться с ним. Мне нужно было отвыкать от этого парня, а не наоборот.
Устрашало признание того, что я скучала по нему. Особенно хотелось его видеть, когда я не была занята учебой. Сидя в кофейне или прогуливаясь домой после учебного дня, я часто ненароком представляла, как он подъезжает на своей ретро машине… Эх, только бы не влюбиться!
Шёл третий день нового учебного года. Мы с Мари разместились на зелёной траве в университетском дворе и пытались пообедать. Вернее, она ела, а я составляла план выполнения нашего совместного проекта по «Истории испанской литературы».
– О, смотри, кто пожаловал! – Мари указала в сторону корпуса УБ.
Я проследила за её взглядом. Появился Маркус Торо, словно король вернулся в свой дворец. А я-то была грешна мыслями совсем о другом парне…
– Слушай, это же он хотел тоже купить тебя на аукционе? – оживилась подруга.
Моё внимание уже снова вернулось к записям.
– Не меня, а моё общество, – не поднимая глаз от конспекта, исправила я.
– Мгу… – протянула Мария. – Внимание! Идёт сюда!
– Кто?
Я непонимающе подняла голову к подруге, но та мимикой пыталась мне что-то пояснить.
– Привет! – раздался искусственный голос над нами.
Сощурившись от солнечного света, я посмотрела на парня, подошедшего к нам. Маркус Торо выглядел чересчур загорелым, в тёмно-красном пиджаке и узких джинсах. Что-то мне уверенно подсказывает, что брюки он покупает в разделе одежды «Унисекс». И, кажется, не только…
– Привет, Маркус! – ответила я и снова опустила глаза к проекту.
Этого мне ещё не хватало!
– Ты немного опоздал к началу года! – улыбнулась подруга присевшему на корточки местному плейбою.
– Поездка в Париж немного затянулась, – хвастливо пояснил тот. – Как дела, Латти?
– Прилично, Маркус! – буркнула я.
Могу поспорить, что моё имя он узнал лишь после того, как увидел с Эскалантом.
– Я знаю, что ты любишь футбол, – слащаво продолжал тот. – А у меня как раз есть пара билетов на эти выходные. Как тебе такое предложение?
Как же удивительно-то!
– Извини, Маркус, – посмотрела я в его хитрые глаза. – Сейчас мне не до футбола. Начало курса, и я очень занята.
Он понимающе закивал:
– Понял, тогда как-нибудь в другой раз?
– Как-нибудь.
И качественно отрепетированной походкой король всех университетских вечеринок ушёл.
– Ого, подруга! Что-то ты нарасхват! – ободряюще толкнула меня в плечо Мария.
– Это всё не по-настоящему, Мари, – устало вздохнула я.
Всем от меня нужна какая-то выгода. Так печально…
После занятий того дня я помогала Адриану с оформлением тематической выставки ко Дню открытия университета. Мария не любила подобные занятия и упорхнула в СПА. А для меня сейчас любая деятельность была как лекарство от зависимости Эскалантом.
Вставляя фотографии в рамочки, я слушала критику Эйда на недавно вышедший фильм на основе исторических фактов.
Звук пришедшего сообщения отвлёк меня. Я взглянула на экран мобильного и, затаив дыхание, прочитала текст от Виктора Эскаланта: «Сегодня у меня день под песни „One Less Reason“. Как тебе?»
Уравновесив свои эмоции, я написала ответ: «Хороший день!»
– Эскалант? – раздался сердитый голос Эйда.
Я отложила телефон и продолжила своё занятие, не глядя на друга:
– Да.
– Что пишет?
Мой взгляд встретился с глазами Адриана, и он понял, что я не хочу говорить на эту тему. Поджав губы, Эйд отвернулся к зеркальной витрине, на которой расставлял кубки университета по хронологии времени.
– Не верь ему, Латти.
– Даже если и захочу, – вздохнув, тихо сказала я. – Не смогу, Эйд.
Он помедлил и, отложив в сторону своё дело, подошёл ко мне.
