Мелькали тени, скрипели и трещали ветви, похолодало и откуда-то потянуло мускусом, но тихое мурлыканье Флори действовало на Софи успокаивающе. С каждым шагом мелодия звучала всё громче, и вот перед ними оказалось толстое сучковатое дерево. Флори опустилась на колени, что-то высматривая среди корней.
Софи села на корточки рядом с ней, а остальные встали полукругом, наблюдая, как Флори ощупывает тонкую лиану с тёмно-зелёными заострёнными листьями и крохотными жемчужно-белыми соцветиями.
– Это сумеречная лоза, – прошептала Флори. – Растёт только в самых тёмных уголках тишайших лесов, цветёт ночью, поэтому сейчас её мелодии почти не слышно. Но я чувствую в стеблях тот же ритм, что и у вашего эха. Наверное, это ритм тьмы. С него и должна начинаться моя песня.
Она прикрыла глаза, снова напевая… только более низко, более гулко, а слова стали совсем неразборчивы.
И тут у Софи под кожей разлилось тепло.
Это было едва заметное покалывание, неуловимая искорка, без дыма и огня, но Флори кивнула:
– Да, необходимая мелодия звучит во всём, что разрастается во тьме. Вот где нужно прислушаться.
Подобрав ноги, она устроилась на сырой земле в ожидании сумерек.
– Мне остаться с тобой? – предложила Софи.
Флори отмахнулась.
– У тебя есть более важные дела. Иди тренируйся, а я посижу здесь, может, снизойдёт вдохновение.
– Значит… эхо можно усмирить песней? – уточнил Фитц.
– Флори на это надеется, – ответила Софи. – Но мы ничего не узнаем, пока она не подберёт нужную мелодию.
Общаться с помощью передатчика и слышать наяву голос с резким акцентом было немного непривычно.
Но видеть на экране невероятно прекрасные глаза ещё непривычней.
С тех пор как Фитц признался, что доверяет только ей, они разговаривали каждый вечер, в основном мысленно, что не сравнить с разговором вслух. В каком-то смысле такая связь была теснее, его голос раздавался прямо в голове, и он мог прочесть любую мысль, специально не скрытую заранее. К тому же так было проще – не видно, когда краснеешь или задыхаешься из-за бешено колотящегося сердца.
Но в тот вечер Фитц сам её вызвал, как она могла не ответить? Да и отвлечься всё равно не помешает.
После того как Флори осталась в густых зарослях, Тарина помогла Сандору установить чучело для занятия с Тэмом, Лин, Мареллой и Вайли. Софи знала, что рано или поздно раздадутся вопли и жуткое хлюпанье фальшивой крови.
– Как ты думаешь, когда Флори сочинит песню? – с такой надеждой спросил Фитц, что она пожалела о своём рассказе.
– Понятия не имею, Флори говорила, что попытается понять, с чего начать, возможно, песня польётся сразу же, но у меня такое чувство, что она будет сочинять по одному куплету или даже по строке, а то и по слову.
Фитц со вздохом провёл рукой по лицу.
– Да. Наверное, ты права.
– А что, тебя беспокоит эхо?
– Типа того… просто… оно только и ждёт. Вроде затихнет, и тут Алвар обязательно начнёт какую-то чушь нести, прямо само совершенство, или у матери слёзы навернутся, ну и сердце чуть из груди не выскакивает. Я, конечно, умею его унять, просто… знаешь, как надоели эти дыхательные упражнения! И высказать всё, что накипело, нельзя.
Софи кивнула.
– Ну… по крайней мере с Алваром осталось нянчиться последний день.
– Да, – вздохнул он скорее устало, чем с облегчением. – С завтрашнего дня никто не заставит меня к нему подойти, если сам не захочу. Собственно, поэтому и хотел поговорить. Своё слово я сдержал, теперь могу потребовать, чтобы родители выполнили то, что обещали. И… мне нужна твоя помощь в одном деле, если ты не против.
– Я согласна, – пообещала Софи.
– Не спеши… Когда узнаешь, можешь передумать.
– Нет, я на всё согласна, – уверила Софи.
Он наградил её одной из восхитительных улыбок, хотя своё согласие она давала не ради неё. Но всё равно приятно.
К сожалению, когда он продолжил, от этой улыбки не осталось и следа:
– Знаю, мы не успели как следует потренировать навыки когнатов, так что вряд ли добьёмся чего-то нового, но… мне надо попробовать ещё раз. В общем, запросил разрешение снова покопаться у Алвара в мозгах и на этот раз собираюсь выложиться по полной. Но… без тебя ничего не выйдет. Понимаю, что прошу много…
Софи покачала головой.
– Всё нормально.
Она сомневалась, удастся ли им что-нибудь узнать, но понимала, почему это так необходимо Фитцу. Да и ей тоже… вдруг подтвердится её предположение о том, что Незримые на них напали из-за телепатии.
– Ты уверена, что эхо не помешает?
– Да, – ответила она, подтверждая свою решимость твёрдым взглядом. – Во сколько мне подойти?
В ту ночь Софи почти не сомкнула глаз, несмотря на снотворное. А к рассвету ворочаться без сна надоело окончательно. Она себя убеждала, что потратила столько лишнего времени на сборы лишь для того, чтобы не сидеть без дела. Даже глаза подвела тушью с золотистыми блёстками. А расклешённую от пояса фиолетовую шелковистую блузку надела якобы из-за того, что в умелых руках Флори она стала боевой формой, а вовсе не потому, что так здорово смотрелась. И для пущей убедительности спрятала несколько сюрикенов в голенищах сапог и кармашках штанин.
Ясно?
