- Ну и что? Да, наверное. Как ты говоришь, Я выжил.- Он невесело улыбнулся. ‘Я думал об Эвнисе, - медленно произнес он. ‘Ты говорил мне, что он поможет нам, но в Баглуне он предал нас, убил Горана и пытался убить меня. И если бы он не появился с отрядом своего брата позади нас в Лесу Мрака в тот день, все обернулось бы иначе, Брейт.’
‘Да, Кэм, я знаю это. Вождь фыркнул.‘А вот этот точно добьется своего. Неважно, на чьи пальцы я наступаю.’
- Что ты имеешь в виду, Брейт? Чьи пальцы?’
‘Ничего.- Брейт сделал большой глоток из кувшина. - Иногда все может усложниться: что мы делаем, зачем мы это делаем. Запутанно. . .- Он сделал еще один глоток. - Но ведь месть-это просто, а? И Азрот знает, что между нами есть за что мстить. Месть, Кэм. Теперь нас погонит месть.- Он протянул руку Кэмлину, и тот крепко сжал ее.
‘Да, - согласился Кэмлин, выдержав пристальный взгляд Брейта.
‘Что это за история, Брейт?- Внезапно спросил Кэмлин. ‘Что привело тебя в Лес Мрака?’
Он знал все рассказы других, но никто не знал причин Брейта. Он только что появился и был хорошо известен тем, что не хотел обсуждать свое прошлое.
Брейт уставился на него, потом улыбнулся. ‘А вот это уже сложно, - сказал он. ‘Думаю, в другой раз, Кэм. Это не короткая сказка, и я иду спать.- Он вдруг посерьезнел. ‘Завтра я встану и уйду до восхода солнца. Отсутствовать буду два, может быть, три дня. Ты будешь шефом, пока меня не будет, Кэм.’
- Что—.. Идешь? - Куда?’
- Уишт, Кэм, задержи дыхание. Больше нет вопросов. Скоро ты все узнаешь, когда я вернусь. Но ты будешь шефом, пока я не вернусь, Кэм, слышишь?’
- Да, Брейт. Если ты этого хочешь.’
- Так и есть.’
Брейт встал, снова улыбнулся и отошел в тень.
Кэмлин была невысокого мнения о руководстве. Все могло бы быть по-другому, если бы он возглавлял набег, но здесь, похоже, ничего не происходило. В первый день после отъезда Брейта все было достаточно хорошо. На второй день он начал чувствовать беспокойство, скуку, и он был не единственным. К третьему дню он почти постоянно был посредником между своими раздражительными и все более непослушными товарищами.
На четвертый день он встал вместе с Солнцем и беспокойно зашагал к краю деревни. Его внимание привлек какой-то шум, рука инстинктивно потянулась к мечу.
Шеренга людей поднялась на вершину холма: десять, двенадцать, больше. Он уже собирался повернуться и побежать к круглому дому, когда увидел рядом с ними Брейта. Они неуклонно спускались в деревню, Брейт шел впереди, о чем-то оживленно беседуя. Их было несколько десятков, мрачных, суровых мужчин с оружием в руках. Кэмлин заметила блеск кольчуги в одном из мешков, когда мужчины, шлепая по воде, прошли мимо него.
Брейт остановился. Человек, с которым он разговаривал, – темноволосый, красивый, если не считать шрама под глазом, – направился к круглому дому.
- Что происходит?- Сказал Кэмлин.
- Новобранцы’ - ответил Брейт, провожая взглядом вновь прибывших.
- Новобранцы? Держу пари, что они не лесные жители, Брейт. В чем же дело?’
- Это сложно, не забывай. Но тебе и остальным ребятам нужно запомнить только одно слово, - мрачно сказал начальник Кэмлина.
‘Отмщение.’
Корбан бежал по неровной, коротко подстриженной траве, пока не добрался до насыпи гигантской дороги, и быстро взобрался на нее, используя тренировочный меч, который все еще сжимал в руке, чтобы подтянуться.
Он остановился на мгновение, глубоко и прерывисто дыша, и оглянулся через плечо, чтобы убедиться, что за ним не следят.
Дождь лил как из ведра, крепость была окутана облаками, но ему казалось, что он может различить рощу деревьев, где он только что сражался с Рафом, как темное пятно на склоне холма.
Мысленно он все еще слышал крик Рафа. Он надеялся, что с Бетан все в порядке; он видел ее бегущей к Дан Каррегу.
Дан Каррег. Скоро разойдутся слухи, и они не заставят себя долго ждать из-за Бури.
Она сидела у его ног, спокойная, непроницаемая, с розовыми пятнами крови на морде.
- Пойдем, - сказал он. Повернувшись лицом к Западу, в сторону Баглуна, он снова пустился бежать, а Буря удобно пристроилась у него за спиной.
Его легкие горели, ноги пульсировали, когда он снова поднял глаза и увидел пирамиду на вершине холма, где раньше был частокол Дарола. Он замедлил шаг, но не остановился и продолжил путь в лес.
В конце концов дорога вылилась на открытую поляну, ее каменные блоки уступили место земле и траве, а клятвенный камень поднялся высоко и темно в центре поляны. Он бросился к подножию плиты, прислонился к ней спиной, грудь его тяжело вздымалась. Буря поскребла землю, повернулась кругом и легла у его ног. Она подтолкнула его мордой и потерлась о него головой.
Что же мне теперь делать? - подумал он, глядя на волка. Он закрыл глаза и зарылся лицом в густой мех на ее шее.
