Умиротворяюще стрекотали цикады, изредка нарушая наступившую тишину. Время от времени до его слуха долетали отголоски какой-нибудь лесной птицы, и тогда он замирал в тревожном предчувствии. Они пошли по дороге в лес, но уже через несколько мгновений остановились. Ду Бэй оглянулся. Вокруг были деревья. Вдали синели горы.
Вдруг в дальнем конце лесной поляны мелькнула тень и раздался громкий рев. Сюэ Сяолун быстро выхватил меч, когда на поляне возникло громадное полосатое животное с двумя парами огромных желтых глаз.
Это был белый тигр, который сам по себе не мог представлять опасности для заклинателей, так как у них были талисманы подчинения усмиряющие животных. Поэтому тигр не внушал особого страха. Но он легко мог напугать целителя, который не умел обращаться с талисманами.
— Хорошая киса, — с трясущимися от ужаса ногами сказал Цай Айлун.
Когда-то в юности он видел живого тигра которого возили с собой бродячие артисты и показывали его на потеху народу. С одной стороны ему было жалко плененного зверя, а с другой, он был напуган тем, что именно перед ним разыгралась та жестокая картина, когда дикий зверь не выдержал издевательств и разорвал на глазах у публики своего хозяина.
Цаю казалось, глядя на огромного белого хищника, которого стерегли заклинатели, сейчас произойдет что-то такое, после чего и он тоже исчезнет в его глотке.
Потом тигр заворчал и, как-то странно изогнув тело, кинулся на Сюэ Сяолуна.
Тот был совершенно спокоен.
Он даже не попытался увернуться, легко поднял руку и слегка толкнул тигра, прилепив на его лоб печать усмирения. Получив слабый удар по морде, тигр отступил и громко зарычал. Потом он присел на задние лапы и не делал никакой попытки приблизиться к человеку.
Видимо, талисман подействовал. Зверь, больше не нападал, но его желтые глаза продолжали угрожающе блестеть. Сюэ не спеша, повернулся и пошел прочь.
По его виду было ясно, что он ничуть не взволнован.
Это вывело из себя Мэн Ханга, который очень испугался. Он не мог понять как этот мужчина может ничего не боятся?!
Все окружающие удивлялись, каким образом ему удавалось всегда удачно и с такой легкостью отделываться от врагов.
Мэн Ханг был полон решимости выяснить этот вопрос. Подойдя к Сюэ сзади, используя древнюю технику из тайной книги, Мэн прошептал: «Раскрой свою личину!» — и показал в воздухе сложенными пальцами знак «Истина».
Но Сяолун уже заметил странную сцену разыгравшуюся за его спиной, и не оборачиваясь, с улыбкой на лице, в которой было что угодно, кроме страха, слегка повернул голову к молодому заклинателю, подмигнул ему и отрицательно покачал головой.
— Как-нибудь в другой раз.
Мэн Ханга будто окатили ведром ледяной воды. Он даже не знал как ему теперь себя вести. Неожиданно, рядом с ним оказался Цай Айлун. Его лицо выражало гнев, смешанный с удивлением. Юноша молчал и вопросительно смотрел на целителя.
Старик Ду Бэй задумчиво уставился на удаляющуюся спину Сюэ Сяолуна, который вернулся к своей ноше собираясь идти дальше.
Если он и понял, что сейчас произошло, то ничем этого не показал, ибо ему сейчас было не до этого.
— Мы идём? Или будем ждать когда тигр придёт в себя? — поторопил их заклинатель.
Мэн Ханг растерянно глянул на Сяолуна. Казалось, ему было стыдно за свою непростительную подозрительность, хотя, кому, какая разница. В любом случае, он не мог признаться в этом даже самому себе. Наконец он выдавил из себя: — Да. Идём.
И они двинулись дальше.
Идти приходилось очень осторожно, так как на дороге было много острых камней и ядовитых кустов. До заката было ещё далеко, поэтому они не торопились.
Когда небо стало рыжим и вдалеке показалась деревня, путешественники сделали привал. Каждому хотелось привести свои мысли в порядок. За то время, пока они шли, никто не произнес ни слова.
Впрочем, говорить было нечего, потому что все были согласны между собой в том, кто прав и кто виноват.
Цай Айлун, который всё слышал и видел, был готов побить этого мерзкого пацана. Лицо Сюэ Сяолуна, напротив, сохраняло былую невозмутимость.
Прикрыв глаза, целитель несколько раз глубоко вздохнул, чтобы набраться смелости и поругать, наконец, этого отвратительного человека. Но как только он почувствовал на себе пристальный взгляд его стальных глаз, вся его решительность улетучилась.
Оставалось только сердито насупиться и отвернуться.
Старик Ду Бэй уже давно понял все, происходящее на душе у Мэн Ханга. Именно из-за этого он никак не решался вступить в спор с молодым заклинателем.
Он знал, что так поступать со своими соклановцами нельзя, тем более используя запрещенную технику, но похоже юноша чем-то насторожен и хочет вывести Сюэ Сяолуна на чистую воду. С одной стороны дыма без огня не бывает, но с другой стороны, этот прекрасный человек мог отказаться помогать этому старику, но он сам предложил ему помощь и в ответ на нападение никак не отреагировал. Это ли не пример крайней доброты и духовной добродетели. С этого мужчины бы получился прекрасный и мудрый даос.
Поэтому он не одобрял поступок Мэн Ханга и даже хотел побранить его.
