Отбросив сомнения молодой заклинатель попытался сформировать энергетический шар, способный уничтожить одним ударом крупную демоническую тварь, но вместо обычного, голубого сияния с его руки начали выделяться сгустки темной энергии вызывающие всем своим видом омерзение.
Это сильно напугало мужчину, и он даже попытался отбросить его в сторону, не подумав, что тот просто уничтожит всё, с чем соприкоснулся.
Получалось плохо — сгусток темного тумана теперь упорно внедрялся в его мысли пытаясь взять контроль над телом.
— «Убей его! Убей эту тварь!», — шептал он прямо в голове у молодого заклинателя.
Противный холодок страха пополз по позвоночнику, почти болезненно вгоняя того в дрожь.
— «Это ещё что такое?! Я не хочу! Не хочу!», — начал сопротивляться жуткому зову Мэн Ханг. Он всегда был на стороне справедливости. Никогда не нападал на слабых и наоборот их защищал. Ему никогда и в голову не приходило кого-то убить.
Да, он злился на Сюэ Сяолуна угрожая жестокой расправой, но знал, что никогда не сделает этого. И теперь этот голос указывает ему? Почему его аура стала темной?! Почему его тело ему не подчиняется?! Он не хочет этого!
— Кто-нибудь! Помогите! — всхлипнул парень и вновь бесполезно попытавшись встать, схватился за голову, подавляя назойливые мысли об убийстве.
Сражался с ужасным голосом он почти до рассвета, напрасно ожидая, что ему кто-то поможет и его спасёт.
Цай Айлун, доверившись Сюэ — сладко спал. Сам же Сюэ Сяолун, просто не мог очнуться будучи оглушенным прохождением на новый уровень.
Когда солнце взошло за горизонт Мэн Ханг открыл глаза и ненавидяще уставился на дом, в котором спали жители деревни. Он хотел их просто сжечь, но резкая головная боль заставила его передумать.
Там был целитель, и только он мог помог снять ему последствия искажения ци, а значит ему придется терпеть эти бестолковые и бесполезные создания.
Юноша неуверенно подошёл к двери и только хотел позвать Цай Айлуна, как послышался шум. Кто-то громко охал, кто-то кряхтел, и весь дом стал похож на муравейник, в который кто-то неожиданно потыкал палкой и муравьи, застигнутые врасплох, начали метаться по сторонам, пытаясь понять, что происходит.
Подавив очередное навязанное ему желание их всех поджечь, Мэн заглянул в комнату. Успокаивать испуганных людей желания не было, и он вышел наружу.
Пусть этим занимаются другие. А он найдёт Сюэ и покажет ему путь на тот свет.
***
— [Ненависть к вам составляет 1900 баллов], — сообщила система и Сяолун уже не удивился. Похоже она просто живёт своей жизнью и пишет, что ей заблагорассудится. Нужно просто не обращать на неё внимания. Пусть пишет, что хочет. В конце-концов это не смертельно. Главное не заострять внимание на негативе. Ибо как сказал великий мудрец: «Можно целый день наслаждаться небом и цветущим шиповником, а можно с утра до вечера ковыряться в помоях, делая вид, что в этом и есть смысл жизни. Жизнь слишком коротка, и если не сделать её более яркой, смысла в её существовании не будет».
Кто именно это сказал, Сяолун не помнил, да и не важно. Главное взять себя в руки и не прибить поклонника своей сестры когда он вернется в клан. Так как это вечное пиликанье с всё возрастающей к нему беспочвенной ненависти его порядком бесило.
Нужно было проверить, что с людьми. После того как барьер был разрушен, первыми пришли в себя звери и птицы, теперь уже послышались неуверенные голоса жителей деревни. Они не понимали, что произошло и как они оказались все в одном здании. Также было необходимо в ближайшее время найти ту тварь, что вытягивает из жителей энергию.
Неожиданно, его взгляд привлекла синяя, призрачная бабочка.
Белый змей вытянул голову и с интересом покосился в её сторону.
— Похоже она хочет предупредить нас о чём-то, — сказал он.
— Может она знает кто напал на деревню? — предположил заклинатель и поспешил за нею, но та привела его не к месту с затаившимся чудовищем, а к Мэн Хангу, с ненавистью смотревшему на местных жителей, которых безуспешно пытались успокоить старый даос Ду Бэй и целитель.
— Что здесь происходит? — спросил Сяолун ожидая, что его шиди знает о чем хочет предупредить бабочка.
Мэн Ханг повернулся к нему и, не отвечая на вопрос заклинателя (видимо потому что его мысли были заняты чем то другим), показал пальцем в сторону леса: — Вон там! Видишь вон ту гору с двумя вершинами?!
Сяолун присмотрелся. — Да, — сказал он. — А что?
Мэн Ханг пренебрежительно махнул рукой. — Иди туда и повисни на дереве. Желательно в петле натянутой на шее.
— Что?! Мелкий! Ты совсем страх потерял?! — схватил его за шиворот Сюэ.
Мэн Ханг попытался вырваться но не смог.
— [Ненависть к вам составляет 2000 баллов], — сообщила система и до заклинателя внезапно дошло, что его врагом оказывается всё это время был не его шисюн Чжао, а этот мелкий поганец.
— «То есть всё это время я старался быть добрым и мирным с левым мужиком, а героем был Мэн Ханг?!», — внутренне вскричал Сяолун, понимая, что ему конец. Он не то, что перешел дорогу главному герою. Он, можно сказать, от души по ней потоптался.
