Когда лошади были почти на мосту, темные скалы вдоль каньона вдруг ожили: откуда ни возьмись там появились низенькие тощие человечки в сопровождении длинноногих псов. Свист и тявканье эхом отражались от склонов, усиливаясь тысячекратно. Засвистели стрелы, послышалось пронзительное ржание пони и глухие проклятия, но копыта уже застучали по деревянному настилу. Поравнявшись с остальными, Валери обогнала их и, не сбавляя хода, вылетела на противоположный берег. Видя, что добыча уходит, дикобратья разразились яростными криками.
На другом берегу Валери резко развернула коня и, как только мимо пронесся Сэм, низко пригнувшись к шее Дамаска, взяла темную силу из спрятанного у него портала и направила потоки черного огня на опоры моста. Кентавр, Арси и Кайлана успели выбраться на твердую землю, но Черная Метка подскакал к пропасти как раз в то мгновение, когда опоры рухнули. Сэм увидел, как мост с треском осел и начал разваливаться. Но могучий черный скакун с силой ударил копытами по рассыпающимся бревнам и совершил прыжок. Он взлетел, словно громадная черная кошка, вытягивая передние ноги. Окованные металлом копыта заскребли по камню, но задние ноги нашли опору на уходящем вниз обрыве и вытолкнули коня наверх, к безопасности. Над каньоном разнесся отчаянный вой и послышались предсмертные крики: рухнувший мост утащил в пропасть нескольких дикобратьев вместе с их лисопсами.
Черный скакун остановился; бока его тяжело вздымались. Черная Метка соскочил на землю, чтобы осмотреть копыта коня. Остальные злодеи в ярости повернулись к Валери. На противоположном берегу метались в бессильном гневе туманные тени, и далекие голоса требовали отмщения.
— Ты нас чуть не убила, дура! — крикнул Арси. — Ты что, не могла подождать, пока мы проедем?!
Робин стоял, сотрясаемый дрожью. Ему удалось, зажмурив глаза, миновать мост, но он имел неосторожность приоткрыть их раз в тот момент, когда настил начал ломаться. Кайлана бросила на колдунью возмущенный взгляд и занялась кентавром.
— Конечно, нет, глупенький коротышка. Я же все-таки злая колдунья! — улыбнулась Валери бариганцу. — Я бы и блондинчика дожидаться не стала, не будь у него моего талисмана.
— До чего мне повезло! — пробормотал Сэм, пытаясь отдышаться. Дамаск фыркал. В воздухе остро пахло лошадиным потом.
— Нечего рассиживаться! — решительно сказала Кайлана, приведя Робина в чувство с помощью веточки кислобурьяна. — К рассвету дикобратья поднимут против нас все живое на много миль вокруг.
До самого рассвета они ехали по темному лесу и, только когда небо на востоке окрасилось в розовый цвет, устроились на отдых в тенистой дубраве. К этому времени отряд был уже далеко от территории дикобратьев, и Кайлана утверждала, что здесь вполне безопасно. Усталые и измотанные, злодеи стреножили лошадей, наскоро перекусили и провалились в глубокий сон.
Солнце ярко сияло на золотистых перьях солнечного орла, сидящего на запястье у Фенвика. Принц нежно гладил птицу по голове, внимательно глядя в ее умные темные глаза.
Он разговаривал с орлом наполовину мысленно, наполовину — вслух.
— Лети, мой друг, мой брат по охоте. Оседлай несущийся на запад ветер, найди врагов. Ищи их повсюду, друг мой, выискивай эти создания Зла — и принеси мне вести о них.
Пронзительно вскрикнув, орел сорвался с его руки и взмыл из окна в безоблачное небо. Его трехфутовые крылья сверкнули золотой звездой и тут же пропали в ослепительной синеве.
Злодеи еще спали, когда над дубравой проплыла золотистая птица. Выискивая лишь движущиеся объекты, как подсказывал ему инстинкт, орел не обратил внимания на неподвижные темные тени, а стоящие рядом лошади для его мозга охотника были всего лишь крупными животными, не соответствущими тому мысленному образу, который передал ему Фенвик. Орел полетел дальше, и тень его побежала по вершинам деревьев, а отряд злодеев продолжал спать.
Кайлана беспокойно заворочалась. Шелест листьев ее сон преобразовал в шум текущей воды. Перед ней несся пенный поток. Сжав свой посох, она всмотрелась в глубины. Вода текла по белым камням странной формы… Ее охватил холод: она поняла, что камни были на самом деле голыми костями…
Арси приснился дом: уютный дом фермера, приземистый и крепкий, как люди, населяющие прохладные, залитые дождями долины Бариги. Словно в далеком детстве он сидит перед очагом, глядя, как отец курит трубку, листая потрепанную старинную книгу. В дверь стучат. Арси идет открывать — и гигантский Сэм запускает руки в прихожую, хватает его за ворот и вытягивает наружу, словно кролика из норы…
