Нацарапанная в пыли карта была примитивной и масштаб не везде соблюдался, но Кайлана увидела на ней все, что нужно. Зеленый отряд находился как раз между злодеями и Глинабаром, до которого оставалось уже рукой подать. Люди Фенвика двигались по берегам узкой реки, протекающей через город.
— Ну, так что будем делать? — осведомился Сэм, заглядывая Кайлане через плечо.
— То же, что делает умный лис, почуяв охотников. — Она провела палкой вдоль изгибов реки. — Не оставляя следов, он движется в неожиданном направлении… В данном случае это значит — навстречу врагу.
Фенвик похвалил себя за то, что разделил отряд на две половины. Это способствует разведке и в то же время не сказывается на скорости передвижения. Конечно, он не рассчитывал, что отряд останется незамеченным: во-первых, Героям вообще не свойственны скрытность и изворотливость, Артеллис свидетельница, а во-вторых, злая колдунья и прекрасная друидка, несомненно, обнаружат их с помощью волшебства. Ну и что с того? Сэр Фенвик все продумал. Он отрежет злодеям путь к золотому сердцу Глинабара и погонит их туда, куда хочет. А именно — к Острому Когтю. Зная местность так, как знает ее он, сделать это нетрудно. Он прижмет злодеев к обрыву, и его друзья-дикобратья будут отомщены. Принц улыбнулся. Да, есть в этом некая высшая справедливость!
Как-то днем над лагерем был замечен низко летящий ворон. Фенвик окликнул его на языке, которым пользовались все животные Трои, но птица не отозвалась. Принц смотрел, как ворон описывает круги, мощно хлопая крыльями, — и глаза его сузились. Похожую птицу он уже видел: в магической чаше волшебника Миззамира. Один из воинов пустил в ворона стрелу, но тот легко увернулся, отлетел на безопасное расстояние, а потом повернул на запад. Фенвик подозвал офицеров.
— Мы обнаружены, — объявил он. — Теперь враг попытается спастись бегством. Передайте всем людям: пусть пришпорят коней!
Затрубили рога, и отряд, звеня сталью, поскакал еще быстрее.
И было так: когда Зеленый отряд — мужчины, женщины, лошади и собаки — мирно спал под звездным небом на берегу стремительной Серебрянки, шесть темных теней быстро, но осторожно проехали по мелководью вверх по течению.
Юный воин проснулся по малой нужде и вышел к реке. Стоя в ленивой сосредоточенности, характерной для этого процесса, он увидел сонными глазами смутные очертания шестерых всадников. Он отшатнулся, торопливо завязывая гульфик, и попытался сорвать с пояса сигнальный рог, но тут один всадник отделился от остальных и стремительно рванулся к нему. Юноша бросился наутек, но темный силуэт разделился: лошадь пронеслась мимо, а всадник беззвучно обрушился на него словно коршун, и в следующее мгновение руки незадачливого вояки были стянуты за спиной, а во рту оказался кляп.
— Отлично сработано, убийца, — проговорил холодный женский голос, когда остальные всадники подъехали ближе. Один из них подхватил уздечку лошади, оставшейся без седока. Юноша изумленно захлопал глазами: те самые злодеи, которых они собирались загнать, поймали его самого!
— Стражник или разведчик? Впрочем, это не важно, — произнес второй женский голос с каким-то странным акцентом. Воин был слишком юн, чтобы участвовать в битвах с натуанами, и все равно похолодел от ужаса, особенно услышав следующие слова: — Прикончи его, брось в реку — и поехали дальше.
— Тебе нужно — ты и убивай, — ответил мужской голос у самого его уха. — У меня уже есть контракт.
— Нет! Не надо его убивать! — воскликнул дрожащий тенорок.
— Менестрель прав, — проговорил первый холодный голос. — Он может нам пригодиться. Кроме того, его исчезновение будет замечено. Но он может снабдить нас полезными сведениями.
— Отличная мысль! — произнес еще один голос, и какой-то коротышка слез с пони и подбежал к ним. Воин почувствовал у себя на ребрах острое лезвие, и новый голос угрожающе прошипел у него над ухом: — Говори! Где твой командир, куда вы направляетесь, как расположены ваши посты, сколько при вас денег и нет ли среди ваших припасов таких, знаешь ли, овсяных лепешечек с сыром? Да, еще… — прибавил он уже другим тоном, — ты знаешь, что у тебя гульфик развязан?
— Он не может говорить, Арси. Я всадил ему кляп, — сказал первый мужской голос. Воин попытался вырваться, но невидимый злодей держал его крепко. — Сделал бы лучше что-нибудь полезное: например, принес мне веревку.
— Ему нельзя доверять, — проговорил голос с акцентом. — Эти зеленые подонки душой и телом преданы своему командиру. Стоит вам вынуть у него изо рта кляп — и он начнет звать на помощь.
— Совершенно не обязательно, — сказала женщина с холодным голосом.
К воину приблизилась неопределенная фигура в странном балахоне и с посохом в руках. Вспыхнул неяркий свет, словно слетелся рой светлячков, и юноша увидел, что это женщина. У нее было молодое и очень красивое лицо, но глаза — древние, словно сам Глинский лес…
