Мысли снова об одном — как вернуться к своему демону? Может, все же рискнуть позвать его в столицу? Ха…
Я невольно прислушиваюсь к звукам за пределами комнаты. Через затянутое бумагой окно доносится шелест покачивающегося на ветру бамбука, чирикает птичка. За дверью беспокойно топчется служанка. И никаких трелей флейты — утро доброе. Улыбнувшись, я зеваю.
— Юная госпожа, с каких пор вы такая соня? — По голосу я узнаю момо.
— М-м-м?
— Юная госпожа, вы проснулись? — Момо тут же входит. — Господин спрашивал о вас, надеялся позавтракать с вами, но так и не дождался, ушел ко двору.
Пропустив ворчание старой служанки мимо ушей, я сажусь к туалетному столику, где меня уже ждут тазик, кувшин с теплым травяным отваром и полотенце. Пока я умываюсь, момо продолжает бубнить себе под нос. Ее явно беспокоит, что из почтительной дочери я вдруг превратилась в особу с вызывающим поведением, но ворчит она так уютно, что мне не хочется ее прерывать.
Завтрак, как и ужин, простой, вегетарианский. Момо, наверное, готовила? Больше некому. Пожалуй, обед возьму на себя, все равно мне особо нечем заняться, разве что почитать что-нибудь… о демонах.
Мои ленивые размышления прерывает появление в проеме открытого окна светящегося ярким голубым светом огонька. Внутри шарика более темным синим светом переливаются знакомые иероглифы. Я откладываю палочки на край пиалы и ловлю шарик кончиками пальцев. Свет тотчас тает, впитываясь в ладонь. Обычно сообщения передают слуги, но папа почти всех отослал.
Что-то случилось?
Я была уверена, что сегодня папа пробудет при дворе дольше обычного, а он не только вернулся раньше полудня, но и просит меня выйти на передний двор. Надо полагать, он вернулся с флейтистом? Но почему так рано?
— Момо, провожать не нужно, — предупреждаю я.
— Господин вернулся не один? Как же вы одна выйдете, юная госпожа? Неприлично.
— Провожать не нужно, — твердо повторяю я. — Лучше стол прибери и позавтракай, если еще не завтракала.
Если не дать какого-нибудь указания, то с нее станется заупрямиться и пойти следом, запыхаться, упасть.
— Юная госпожа, вы даже не сменили платье!
Действительно… Спасибо за напоминание. Я на ходу круговым движением пальцев создаю заклинание, позволяющее освежить одежду, поправляю прическу и вдруг понимаю, что притихшие было дурные предчувствия не только просыпаются, но чем ближе я к переднему павильону, тем сильнее они становятся.
Я даже останавливаюсь, чтобы сделать глубокий вдох и медленно выдохнуть.
Что бы меня ни ждало, я могу только встретиться с плохими новостями лицом к лицу, не так ли?
Приведя мысли в порядок, я направляю в сторону дверей легкий поток ци, и створки послушно открываются. Вот где логика, почему магией открыть не зазорно, а руками — уронить свое достоинство? Я делаю шаг внутрь. Одного взгляда хватает, чтобы оценить обстановку, и я склоняюсь в глубоком поклоне.
Я ошиблась.
Отец вернулся не с флейтистом, а со старшим евнухом Бао, которого сопровождают сразу четверо младших. Подозрительно торжественно…
— Хорошая дочь, подойди скорее.
Я выпрямляюсь, делаю еще несколько шагов вперед и снова кланяюсь:
— Я приветствую старшего императорского евнуха Бао, младших императорских евнухов. Отец.
— Я не видел юную госпожу с последнего банкета, юная госпожа еще больше похорошела. — Голос евнуха звучит мягко и как-то непривычно слащаво.
— Вы слишком хвалите мою Юйлин.
Отец не в своей тарелке. Он улыбается и поддерживает непринужденный тон, но счастливым не выглядит, скорее встревоженным.
Да в чем дело⁈
Думать не хочу, что моя догадка может быть верна.
— Не будьте так строги, министр Тан, — добродушно хмыкает евнух. — Юная госпожа Юйлин, примите императорский приказ.
Я с самым торжественным видом преклоняю колени, и евнух раскрывает свиток, отмеченный личной печатью императора:
— Дочь министра Тана добродетельна и умна. Узнав о ранении своего отца, юная госпожа Юйлин поспешила исполнить свой дочерний долг и продемонстрировала образцовое почтение к старшим. Император знает, что юная госпожа Юйлин — жемчужина в ладонях министра Тана, долгие годы безупречно несущего государственную службу. Для министра Тана нет лучше награды, чем высочайшая милость для его дочери. Император дарует дочери министра Тана, юной госпоже Юйлин, брак с небесным заклинателем, мастером флейты, светлым Дэшеном.
В ушах зазвенело, на миг я словно выпадаю из реальности. Может, у меня слуховые галлюцинации? Может, я все неправильно услышала, не так поняла? Я не собираюсь замуж за флейтиста! Кажется, я даже дышать перестала, и легкие напоминают о себе — я ощущаю себя сдавленной железным обручем. Я хватаю воздух ртом.
— Девушка Юйлин. — Голос евнуха звучит строго, предупреждающе, и это меня отрезвляет.
— Я нижайше благодарю императора за его милость. — Я протягиваю руки, чтобы принять свиток. — Старший евнух Бао, я была глубоко тронута заботой императора и поэтому растерялась. Пожалуйста, простите меня.
— Конечно, юная госпожа. Брак — это особенное событие в жизни каждой девушки. Я понимаю. Вставай скорее. — Он ободряюще похлопывает меня по плечу.