Мысль о том, что, по идее, день должен повториться, не успокаивала. Что, если Муан умрет? Он не хотел видеть, не хотел чувствовать этого.
– Смотри, – ухмыльнувшись, произнесла Ми Деми.
В следующее мгновение ее рука резко пронзила грудную клетку старейшины пика Славы. На лице Муана застыло удивленное выражение, словно он до последнего не мог поверить, что так внезапно закончится его жизнь.
– Нет!! – закричал Шен.
В следующее мгновение Ми Деми выдернула руку с зажатым в ней сердцем. Оно все еще билось, вырванное из груди.
Шен смотрел на это, больше не в силах что-либо произнести. В его ушах нарастал высокий однотипный звон.
А затем Ми Деми сжала пальцы, разрывая хрупкое сердце.
И в тот же миг мир погрузился в черноту.
Шен открыл глаза. Волчара лизала его лицо, а грудная клетка разрывалась от боли, словно это его сердце вырвали прямо сейчас.
Он поднялся с кровати, действуя автоматически. Его сильно трясло, а руки замерзли. На автомате одевшись, он побрел прочь из черного замка, ни о чем не думая.
– Учитель? – Ал встретил его на пороге.
Шен сделал шаг к нему и в следующее мгновение стал падать, теряя сознание. Главный герой тут же подхватил его, не дав рухнуть на землю, и завопил:
– Учитель! Учитель, что с вами?! Учитель!
Он осел вместе с ним на брусчатку, но затем подхватил на руки и перенес на лавочку. Ал осмотрелся по сторонам, не зная, что еще предпринять. Бежать за помощью? Остаться с ним, охраняя от неизвестной опасности? Учитель перед ним был белее снега, его тело дрожало, будто в лихорадке. Ал приложил ладонь к его лбу, проверяя температуру, но вроде бы жара не было.
Ал почти было решил отнести его на пик Молочных облаков, но ресницы Шена дрогнули, и он медленно открыл глаза.
– Учитель? – тут же склонился над ним Ал. – Как вы? Что с вами?
Парень заметил, что учитель хочет принять вертикальное положение, и помог ему сесть.
Шен замутненным взглядом смотрел перед собой. Не было похоже, что он полностью пришел в себя. Он приложил руку к груди, словно мучась от боли.
– Учитель, у вас что-то болит? – вновь спросил Ал.
Он закусил губу, не зная, что еще ему сделать.
На площадь перед черным замком прилетел Муан. Он спрыгнул с меча и обеспокоенно воскликнул, увидев сидящего на лавочке Шена и застывшего перед ним ученика:
– Шен, с тобой все в порядке?
В тот же миг, услышав этот голос, Шен вскочил с лавки и бросился к нему. Он обхватил Муана руками и приложил ухо к его груди, пытаясь услышать удары сердца. А затем, все так же цепляясь за него, расплакался, словно ребенок.
Муан замер, оторопело разведя руки в стороны. Он чувствовал, как трясется тело Шена, содрогаясь от озноба и всхлипов. Не было смысла пытаться поговорить с ним сейчас. Тогда Муан прошептал что-то успокаивающее.
Ал словно обратился статуей, наблюдая эту картину. Перед ним открылось то, чего он раньше не видел или не желал замечать: учитель так сильно привязался к этому человеку? Он так отчаянно цепляется за него, словно сам погибнет, если вдруг тот исчезнет.
Истерика Шена все не прекращалась. Муан чувствовал, что он залил слезами всю его верхнюю одежду. Он подхватил его под руки и повел в черный замок. Шен только чуть ослабил хватку, продолжая, тем не менее, цепляться за него и плакать. Муан не хотел, чтобы такого хозяина Проклятого пика видел кто-то еще.
Постепенно его слезы высохли, остались только всхлипы, но затем и они стихли. Шен чувствовал, что из-за слез у него разболелась голова, зато боль в груди наконец стала меньше. Человек рядом с ним был живой. Живой. Теплый. Ухо Шена все еще прижималось к его груди, и он слышал биение сильного сердца.
Наконец Шен пришел в себя достаточно, чтобы вновь начать интересоваться окружающим миром. Одежда на груди Муана, в которую он упирался щекой, была влажной. Они сидели на диванчике в комнатке для чаепитий.
– Ты в порядке? – спросил Муан.
– А ты в порядке?
– Я? – Муан удивленно приподнял бровь, услышав этот вопрос. – Ну, моя одежда промокла.
– Ох, – вздохнул Шен, почувствовав приступ головной боли, – я все еще не могу ни о чем думать.
Он прикрыл глаза и переместил голову на плечо Муану. Тот был бы сильно смущен таким положением вещей, если бы не чувствовал, что сердце Шена разрывается от боли в груди.
– Что такое? – спросил Муан. – Что тебя так расстроило?
Шен ничего не ответил, только сильнее сжался в комок.
Шен проснулся в своей кровати. В первое мгновение он был совершенно сбит с толку и не мог понять: если день перемотался заново, как он мог настолько незаметно умереть? Но потом он заметил движение рядом с собой и перевел взгляд. Муан стоял перед кроватью, держа в руках кружку, из которой поднимался пар.
– Тебе уже лучше? – спросил он. – Я заварил травяной чай.
Шен сел и взял в руки теплую кружку.
– Сколько времени я спал?
Он сделал глоток и почувствовал, как теплая жидкость разливается внутри тела, помогая согреться.
– Не так уж долго, солнце еще не зашло.
