Шен облегченно выдохнул, поднялся с кровати и рассеянно посмотрел в зеркало. Серые волосы казались копной прошлогоднего сена, даже на ощупь изменились, словно лишились всех жизненных соков. Черные глаза с золотыми сполохами выглядели так же, не считая залегших под ними теней и общего безрадостного вида. На коже не было и следа вчерашних трещинок, они исчезли в тот же момент, как он впитал в себя силу смерти. Сам же меч, нанесший ему эти повреждения, стоял, запечатанный талисманами, в углу комнаты. Потом он отдаст его главному герою, как и полагается по сюжету.
Утро Шена началось ближе к обеду. Вчера он заснул, лишь коснувшись головой подушки: сказалось перенапряжение от битвы с Демна-как-его-там, да и сознанию необходим был отдых после всего произошедшего. Сегодня ему нужно было поразмыслить о случившемся и справиться с последствиями. И в первую очередь его беспокоила энергия смерти, которой он теперь владел. Он серьезно размышлял, нельзя ли избавиться от нее, пока она не натворила бед.
Зная, что Демна-как-его-там уничтожен и теперь в ордене вновь безопасно для всех, кто ему дорог… да и просто для всех, он не собирался встречаться с людьми и подвергать их опасности, пока хотя бы не поймет, как действует эта энергия смерти и на что она способна.
Шен спустился в комнату для чаепитий и заварил чай. Десерта, к сожалению, не было, а хотелось. Было бы неплохо, если бы кто-то пришел на чай со своим угощением. Кто-то вполне определенный…
Больше суток Муан сдерживался, размышляя над произошедшим и сопоставляя факты и так, и эдак. Не было ни одной идеи, чем оправдать поведение Шена. Разве можно по-другому трактовать произошедшее? Муан признался, что Шен для него близкий друг, которого страшно потерять. Признался – и как дурачок весь вечер переживал о непонятной реакции Шена. И что же на следующий день?
На следующий день тот просто идет сражаться с демоном, ничего ему не сказав!! НИЧЕГО НЕ СКАЗАВ!
Муан с ума сходил от одной этой мысли, он пытался хоть как-то оправдать подобное поведение, но не мог. Просто не мог. Раз за разом Шен соглашается посвящать его в свои планы – и раз за разом игнорирует свои обещания! Да это уже ПРОСТО! НЕВЫНОСИМО!
Сила смерти, которую будто бы все еще пытался усвоить его организм, словно плясала на коже. Шен поднимал руку к глазам и видел серую тень. Конечно, то лишь игра воображения, но на каком-то ментальном уровне, должно быть, так и было. Эта энергия пугала, эта сила была нежеланной – столько ненависти, людского отчаяния, высвобожденного в момент последнего вздоха, – вот из чего она состояла. И это не то, чем он хотел бы владеть. Казалось, сотни духов окружают его. Они не были столь различимы, как призраки, которых обычно он видел. Эти казались… словно перемолотыми страшной силой, сломанными, вынужденными подчиняться, но все еще не утратившими себя окончательно, ибо главной эмоцией, которой они держались за этот мир, была ненависть, а ненависть – очень сильная эмоция.
Шен сидел на диванчике в комнате для чаепитий и рассматривал свою руку, задумчиво размышляя, как может избавиться от этой энергии.
– Шен!
В черный замок без стука вошел Муан. Шен слегка удивился, как это мечник решился зайти без приглашения, но порадовался его приходу. Он поднялся с диванчика ему навстречу и улыбнулся.
– Привет!
– Нам нужно поговорить, – серьезно произнес старейшина пика Славы.
Такое начало никогда не сулило ничего хорошего, но, учитывая, что Демна-как-его-там был побежден и угроза миновала, что плохого может случиться?
– М? – Шен склонил голову набок, ожидая продолжения.
– Ответь на один вопрос. Почему ты пошел на пик Сиреневого рассвета, ничего не сказав мне?
Шен растерянно взглянул на него. Для него все было совсем не так, как для Муана. Он просто не мог допустить, не мог смотреть, как тот снова умирает. Но что ответить? Шен открыл было рот, но Муан опередил его:
– Только не говори, что это вышло случайно! Я не такой идиот, чтобы поверить в это. Я еще на состязаниях заметил, как ты смотришь на эту Ми Деми! Ты заподозрил ее еще тогда? Почему ты не поделился со мной? Почему вместо этого ты пошел к ней, взяв с собой ученика?! А мне, мне ты ничего не сказал!!
Его тон изменился. Когда он выкрикивал последние слова – это действительно была сильная злость. Действия Шена глубоко задели его, а Шен не мог подобрать слов, чтобы оправдаться.
«Из-за чего я не позвал тебя? Из-за чего? Из-за того, что я не хотел видеть, как ты умираешь!»
Но что ему сказать? Что знал наверняка, что Муан не справится с Ми Деми? Он взял с собой Ала по причине его неуязвимости, но как объяснить это Муану?! Он ведь не может сказать, что просто слишком беспокоился за его жизнь, не верил, что тот способен противостоять демону и победить. Это слишком сильно уязвит воинскую гордость. Как ему объяснить, что он видел его смерть и знал наверняка?
