По прибытии в столицу Кирдыкюля город Какой-Оглюй юные партизаны были задержаны местными органами правопорядка, осуждены и вместе с трудолюбиво собранным гербарием отправлены в соломорезку. Наказание было совершено в полном соответствии с традициями оглюев на городской площади под статуей Бешеной Жеребяки, ну а меч попал в запасники Какой-Оглюйского национального музея, где и был обнаружен человеком, которого так радушно принимал сегодня господин Гомб.
Надо сказать, гость был очень недурно образован, породист, числил среди своих предков самого Великого Оглюя и в новоиспеченном суверенном государстве отвечал за восстановление историко-магической справедливости. Поэтому он сразу определил, что попавшая ему в руки железка никак не могла быть изготовлена древними оглюями и, по всей видимости, принадлежала в прошлом одному из их могущественных врагов.
Что ж, и это было неплохо! Ведь если враг теряет свой меч, то, стало быть, он побежден, это ли не свидетельство доблести древних оглюев?
Таким образом, находка представляла немалую ценность, и выманить у хитрого оглюя драгоценный меч Свологда казалось задачей почти безнадежной. Оставалось надеяться на извечную восточную жадность, но и эта надежда была весьма призрачной – несанкционированная коррупция в демократическом Кирдыкюле преследовалась ох как жестоко. Взяткобратца, кем бы он ни был, сажали в специально изготовленный по такому случаю из вымени бешеной жеребяки кондом и вывешивали на солнышко, где он в страшных муках сначала пускал сок, а потом испускал дух.
– Здесь, как видите, у меня собрано восточное оружие. Имеются просто раритетные экземпляры, с уникальной магической историей! Вот этот изумительный ятаган, обратите внимание, был некогда изготовлен и зачарован в древнем Дамаске и, как хором утверждают наши истмаги, некогда принадлежал самому Оглюй-хану, – любезно пояснял гостю господин Гомб.
– Да, да, очень интересно, – рассеянно кивал гость, разглядывая голубоватую букетную сталь навзничь изогнутого лезвия. – Но наши истмаги все как один полагают, что у Оглюй-хана не могло быть ятагана ни простого, ни тем более зачарованного, потому что единственным достойным истинного оглюя оружием он считал кривую кирдыкульскую саблю, кованную так называемым «оглюйским полумесяцем» и закаленную в моче бешеной жеребяки. В вашей, безусловно, достойной коллекции, уважаемый, как я вижу, не имеется ни одного образца такого оружия. Что ж, я думаю, мы можем совершить взаимовыгодный обмен – ваш фальшивый ятаган на подлинную кирдыкюльскую саблю, принадлежавшую некогда сподвижнику хана Оглюя дюжиннику Дум-Думу. Сертификат подлинности, разумеется, прилагается.
«У-у, рожа оглюйская, – подумал Мишка-Мессер, – подумаешь, сертификат подлинности! Да у вас там эти сертификаты канцелярия печет, что твои лаваши, а оглюйское оружие у меня и у самого есть, и не только закаленное в моче ваших любимых жеребяк, но и крапленное ярым семенем. Просто я его спрятал подальше, чтобы ты, верблюд бритый, тут слюни не распускал».
А вслух сказал:
– Скажите, уважаемый Топтунсултан, правда ли, что не так давно кирдыкульские археологи-магисты в одном из древних курганов обнаружили подлинный именной меч, кованный прямым северным лучом?
Гость хитро сощурил и без того узкие глазки.
– Все-то вам известно, дорогой господин Мессер, все-то вы знаете! Вы прямо разведчик какой-то, а не коллекционер, клянусь верблюжьей елдой. Действительно, в ходе историко-магической экспедиции, организованной нашим демократически избранным херомом, в одном из захоронений такой клинок был обнаружен. Он лежал попираемый ступнями оглюйского багатура, так, как и положено оружию побежденного врага. В настоящее время мы его тщательно и всесторонне изучаем. Первые результаты исследований говорят о том, что сей меч скорее всего принадлежал некогда злейшему врагу оглюйского народа вашему древнему хану Свологду, бесславно погибшему в наших степях. Так что это, безусловно, ценный исторический трофей, подтверждающий превосходство великого оглюйского народа над северными варварами.
Мишка-Мессер в хозяине боролся с господином Гомбом. Обе стороны сложной натуры мультимедийного коллекционера были едины в своем стремлении заполучить вожделенную реликвию, но каждая из них – я имею в виду стороны натуры – настаивала на своих, оригинальных способах осуществления общего желания.
Господин Гомб предпочел бы просто купить меч князя Свологда. Причем желательно легальным путем, для чего следовало лично отправиться в знойный Кирдыкюль, поднести местным коррумпированным чиновникам положенные по закону подарки и только после этого начать долгие, изнурительные переговоры о покупке реликвии.
Мишка-Мессер полагал, что наиболее простым и эффективным решением проблемы было бы в составе компактной, но очень квалифицированной команды братков проникнуть во дворец господина Топтунсултана и, по возможности не прибегая к поддержке танков, артиллерии и авиации, изъять драгоценный меч, запугав прежнего владельца до смертной икоты.
