— Твоя добыча, — подсказала, возникая за спиной, Тор’киша. — Забирай все, что хочешь.
Не раздумывая, я развернул одну мантию, переложил в нее остальной дроп, свернул и завязал в узел. Поднявшись на ноги, забросил котомку на плечо. Народ вокруг уже был готов отправляться обратно.
В последний раз оглядев поле боя, я тяжело вздохнул и двинулся в сторону стойбища.
* * *
— Богатый улов? — встревоженная Кри’зара расхаживала по шатру в чем мать родила, когда я осторожно приоткрыл вход в шатер.
Пожав плечами, бросил сверток ближе к очагу.
Взгляд шаманки приобрел насмешливое выражение, но, всмотревшись, она тут же переменилась в лице. Словно не веря собственным глазам, орчанка присела возле мантии.
— Это то, что я думаю? Некроманты?
— Были такие. Правда, были недолго, — кивнул я, с гордостью оглядывая зеленокожую женщину. — Мы с кланом прошлись по курганам, нарезали немного ушей...
— Надо собирать Малый Круг, — не слушая меня, проговорила орчанка, разворачивая материю. — Идем со мной! Ты же мой наложник.
А сказала таким тоном, что я сразу почувствовал себя виноватым за то, что оставил девчонку одну посреди такой страшной и пугающей темнотой ночи. Хмыкнув, я откинул полог шатра, приглашая ее выходить.
Подхватив валяющуюся на полу шкуру, орчанка каким-то неуловимым движением закрутила ее вокруг себя, и та обратилась во вполне приличную накидку, целиком и полностью скрывая обнаженное тело. Подхватив одну из добытых мной мантии, Кри’зара кивнула мне на выход.
Выбравшись наружу первым, я чуть сощурил глаза, привыкая к резко посветлевшему небу. Из-за разгорающегося солнца стойбище Орды погрузилось в полумрак, размазывая очертания.
Шаманка встала за моей спиной.
— Идем к хана-аппи, — напомнила она, будто я знал, где живет ее мать.
Хотя, вру, уж это-то знает любой. Самый большой шатер в лагере наверняка под усиленной охраной стоит в центре стойбища. И вот туда-то мне и надо довести свою орчанку.
— Держись рядом, — бросил через плечо, кладя руку на рукоять секиры.
Территорию клана мы миновали быстро. В отличие от выхода в степь, здесь стояло два флага – черно-фиолетовый клана Тор и... Красно-желтый клана Урд. Ну, как по заказу, вашу мать!
Кри’зара семенила следом. Я оглянулся на мгновенье, чтобы убедиться, что шаманка не потерялась, и спокойно ступил на землю враждебного клана. Не думаю, что кто-то поднимет на меня руку сейчас, пока веду дочь матриарха Орды. С другой стороны – и ее ведь можно прирезать, иначе зачем делать дебафф «Слабости» в шаманском шатре для нежеланных гостей?
Внимательно посматривая по сторонам, я вел Кри’зару все глубже. Воины Урдов провожали нас сосредоточенными взглядами, но только до тех пор, пока мы не отходили на достаточное расстояние. Стоило пересечь невидимую границу, Урды возвращались к своим делам.
И все равно я спиной чуял, как между лопаток готовится воткнуться острое жало вражеского копья. Опыт подсказывал – на самой границе нас встретят, несмотря на положение шаманки.
До флагов клана Хеш оставалось каких-то двадцать метров, когда Кри’зара стиснула мою руку. Урд’раг возник на дороге, сложив перевитые мускулами лапы на груди. За спиной здоровяка выросли еще двое бойцов, не уступающими здоровяку в росте и ширине плеч.
— Доброй ночи, — заговорил я, медленно вытягивая секиру из петли. — У нас дело, так что посторонитесь, парни.
Урд’раг задумчиво осмотрел нас с ног до головы, но, видимо, все же сообразил, что разок я его уже уделал. А имея на своей стороне шаманку, разнесу эту троицу с легкостью.
— Помни о моих словах, Тор’грамм, — рыкнул он, и, махнув своим мордоворотам, сошел с дороги.
Мы прошли мимо под внимательными взглядами.
Поставив себе зарубку в памяти, я вздохнул свободнее, двигаясь по земле нейтрального клана. До территории хана-аппи оставалось пройти еще два клана – я уже видел верхушку шатра матриарха.
Простейшее сопровождение вылилось в настоящую нервотрепку. К моменту, когда мы оказались перед шатром, заблокированным двумя десятками орков в тяжелых латах, я успел покрыться испариной. Готовый атаковать на каждый подозрительный шорох, я осознал, насколько вымотался за ночь, только пройдя внутрь.
Что сказать о шатре матриарха? Золото и красный шелк. Костяной трон, выточенный из монолитной кости, широкий очаг в правом углу помещения. И два десятка крепких орков в набедренных повязках, занимающих большую часть пространства.
Но больше меня поразил вид самой хана-аппи.
Невероятно толстая, напоминающая жабу, она совсем не походила на Кри’зару. Выпученные глаза, свисающая до колен грудь, хлипкие ноги. И все это покрыто украшениями так, что ей даже не требуется одежда, чтобы не быть обнаженной.
— Приветствую тебя, великая, — склонилась в поклоне Кри’зара.
