— Но здесь-то нубятник, — покачал головой я.
— Так никто ж не заставляет, — пожала плечами та. — Можно, как эти, — шаманка кивнула в сторону арены, — все продать с себя, оставив набор дубинок, и биться с такими же голыми идиотами.
— Бред.
— Ну, кто-то не хочет качаться с риском потери шмота, а кто-то вкладывает реал и быстро набирает уровни, — равнодушно пожала плечами Креш'ура. — Я же на свой заработок здесь оплачиваю счета. Заодно качаю Алхимию.
— Ее еще и качать надо? Я думал, только очками скиллов.
— Не, там та же таблица, что и у перса. Чем выше уровень профы, тем круче зелье. А сбывать мочу, которую варишь на первых левелах, где-то еще, кроме нубской арены, не выйдет.
— И не так выгодно, верно? — хмыкнул я.
Шаманка кивнула, без интереса глядя на бой двух пар.
— И что у тебя можно купить стоящее? — спустя минуту, поинтересовался я. — Наверняка же есть нормальный товар под прилавком.
Она бросила на меня холодный взгляд.
— Могу дать посмотреть особый ассортимент. 300 монет за показ.
Я рассмеялся.
— И что же там будет?
— Ты дамагер, у меня как раз набор на твоего брата имеется. Какой – не скажу, я на заказ готовила, но парень сегодня не пришел, а зелья портятся.
— Тогда почему не включать эти монеты за просмотр в цену?
Она впервые улыбнулась.
— Ты не первый, кто хочет дорогой упив, Тор'грамм. И за сегодня я только за возможность поглазеть на склянки подняла полторы тысячи.
— Экономика должна быть экономной, — с усмешкой согласился я. — Сколько один набор стоит?
— На твой уровень? Пятьсот. Если на противника покрепче надо, то от тысячи и выше. Но у меня только малый набор, остальное раскупают еще с утра.
— Эх, не ту я профессию выбрал, — притворно вздохнул я. — И много вас тут таких?
Она пожала плечами.
— Каждый хочет вкусно есть и сладко спать на шелковой постели. Так что, будешь смотреть?
Мне не дал ответить голос распорядителя.
— Тор'грамм против Лар'рады!
Это та самая копейщица, мать его. Не удивлюсь, если Кри'шар подговорил скотовода на такую жеребьевку. Оно и ясно, голого врага я уделаю без проблем, а вот на местных топах арены можно поднять золота. Вот только стоит ли оно того? Мне же придется вкладывать в упив реальные деньги.
— Твой выход, — сообщила Креш'ура, накладывая на меня «Последний шанс». — Она крутой противник, тяжко будет без обкаста.
Я скрипнул зубами, доставая из-за пояса кошель с деньгами. Расставаться с только что нажитым добром было крайне неприятно.
Что ж, будем считать, что это выгодное вложение в собственное развитие, иначе меня просто совесть заест, никогда столько в игры не вкладывал, сколько разработчикам Нойлэнда уже принес за несколько дней.
— Черт с тобой, бессердечная женщина. Давай сюда свой малый набор дамагера.
Я сидел с сокланами вокруг костра и тянул вкусное пиво с гуcтой пеной из деревянной кружки. Все те же двое охранников – Тор’дор и Тор’криг, коротали время за ничего не значащей перебранкой.
Слушая их, я почувствовал себя не в прогрессивном виртуальном мире, а в давным-давно забытой игре, где НПС повторяют по кругу одни и те же бессмысленные фразы. А потом подумал, что мы, люди, на самом деле так вообще многое воспринимаем. Когда коллега рассказывает, как провел выходные, а ты автоматически киваешь в нужных местах и поддакиваешь, изображая интерес. Или щебетание женщины, когда с сосредоточенным видом изображаешь внимание, а она старается выговорить свою ежедневную норму слов.
Интересно, меня в наложники поставили по той причине, что я сексист? Нужно будет поговорить с Мариной Евгеньевной на эту тему, разобраться, почему именно так, как есть. В конце концов, я же имею право знать, что и как на мне испытывают – это законное требование любого пациента. Если он дееспособен, конечно. А и даже пускай я слюни и ходи под себя – врач все равно обязан рассказать опекуну.
Время текло медленно, как засахаренное варенье из перевернутой банки. После изматывающих яростных сражений все, чего хотелось – нормально отдохнуть. Болели глаза от постоянного напряжения, мышцы стали вялыми и непослушными. Хотя, может, последствия спавшего баффа шаманки? Мозг отказывался думать, подбирая для размышлений наиболее простые и бессмысленно-шаблонные варианты.
Диалог соклан прервал грохот металла. В нашу сторону шли закованные в сталь воины хана-аппи. Блики огней пробегали по начищенным деталям, превращая отборных орочьих воинов в подобие каких-нибудь святых паладинов. Копья, окованные стальными спиралями, смотрели в потемневшее небо. Морды воинов ничего не выражали, даже глаза не двигались.
Гвардия матриарха Орды вела Кри’зару, как конвоируемую преступницу – в плотном кольце, с оружием наголо, и не отпуская рыжую внимательными взглядами. Судя по осунувшемся виду орчанки, сравнение было недалеко от истины.
Оставив недопитую кружку с пивом, я поднялся с бревна, служившего мне сиденьем, и слегка кивнул шаманке. Кри’зара взмахом руки отпустила гвардейцев, оглядела моих соклан и первой нырнула в шатер.
— Придешь через десять минут, — велела она, опуская за собой полог.
