Чем больше я думаю обо всех секретах и лжи, тем больше мой гнев начинает отравлять меня. Предательство от единственного человека, которому я всегда доверяла, ранит сильнее, чем я когда-либо могла подумать.
Солнце опускается за деревья в нижней части нашего заднего двора, когда я, наконец, бросаю это как плохую работу и закрываю свой компьютер. Я сделала все, что нужно к началу недели. Мне просто остается надеяться, что завтра будет лучший день, и я смогу сосредоточиться.
Я хватаю свой сотовый и проверяю экран, но от Тоби по — прежнему нет ответа — только сообщение от Калли, взволнованно сообщающей мне, что она весь день переписывалась с Антом. Даже по ее напечатанным словам я могу сказать, что она гудит о встрече с ним в следующие выходные, и этого достаточно, чтобы убедить меня, что я поступила правильно, согласившись пойти. Мне просто нужно с самого начала объяснить Энцо, что я здесь ради Калли, а не ради него, потому что у меня нет никаких намерений приводить в свою жизнь другого парня. У меня и так достаточно проблем прямо сейчас. Мне все равно, насколько он хорош собой или что он может предложить. Я решительно отказываюсь от мальчиков в обозримом будущем.
У меня есть два вибратора, которые делают свою работу почти так же хорошо, как и любой парень, и мне этого хватит, пока я не разберусь со всем этим дерьмом в голове и не смогу найти достойного парня, который не заинтересован только в том, чтобы опозорить меня перед своими такими же придурками-друзьями.
После того, как я ворочалась и вспоминала образы его, чувства и удовольствие, которые ему удается вытащить из меня, из моей головы, я наконец засыпаю, завернувшись в простыни.
Но моя попытка воздвигнуть барьер между нами двумя, кажется, исчезает, как только я отключаюсь.
Звук открывающейся двери пугает меня, но в ту секунду, когда я узнаю, кто это, моя паника проходит, я переворачиваюсь на спину, стягиваю с себя простыни, приглашаю его войти, забывая все, что я говорила себе о том, что я сделаю с ним, когда увижу его в следующий раз.
Потянувшись за спину, он задирает рубашку, открывая мне свой подтянутый живот и рельефную грудь. Татуировки, покрывающие обе его руки, колышутся и тянутся, когда он сбрасывает рубашку на пол и начинает работать над брюками, расстегивая пуговицу и натягивая ткань на бедра, показывая мне, что он голый и твердый.
О, черт возьми, да.
Если мне придется мириться с его присутствием, я с радостью приму это так.
Его колено вдавливается в мой матрас, вся кровать прогибается под его весом и заставляет меня немного подвинуться к нему, когда он протягивает руку и обхватывает мою грудь, ущипнув мои и без того твердые соски под тонкой майкой.
«Себ», — я бессмысленно стону, когда волна удовольствия пронзает меня до глубины души.
Подтянув одно колено, я раздвигаю ноги в надежде соблазнить его именно там, где он мне нужен.
Как бы я ни пыталась выбросить это из головы, воспоминание о том, как он доводит мое тело до исступления, никогда не выходит у меня из головы.
«Черт, ты такая красивая», — выдыхает он, его голос мягче, чем, я думаю, я когда-либо слышала его раньше, и я таю.
Его губы находят мою шею, целуя и посасывая, доводя меня до грани безумия, прежде чем он оттягивает горловину моей майки в сторону и засасывает мой сосок глубоко в рот, проводя по нему зубами, пока мои бедра не начинают извиваться на кровати от моей потребности в его прикосновениях ко мне.
«О Боже. Пожалуйста,» — хнычу я.
«Не Бог, Чертовка. Просто дьявол», — говорит он, его голос звучит как чистый секс, когда он поднимает на меня глаза.
Жара и жгучей похоти, которые смотрят на меня в ответ, почти достаточно, чтобы опрокинуть меня прямо через край.
«Ты собираешься кончить, Чертовка? Я даже не прикоснулся к тебе.»
«Себ, пожалуйста. Мне нужно…»
«Шшш… Я знаю, что тебе нужно. Ты мне доверяешь?»
Я пытаюсь сосредоточиться на секунду, но мой мозг превратился в кашу. Мое тело и его ненасытная потребность в нем полностью уничтожили это.
Но, несмотря на отсутствие у меня мозговых функций, когда мне наконец удается ответить на его вопрос, правда выплывает наружу.
«Нет. Ни в малейшей степени.»
«Мудро, Чертовка. Очень, очень мудро.»
Он посмеивается у моей груди, и я издаю стон проклятия, когда он переворачивается на другую сторону.
«Потрогай себя, принцесса. Покажи мне, как ты это делаешь».
Не в силах ничего сделать, кроме как следовать его злым приказам, моя рука скользит вниз по животу, пока пальцы не натыкаются на кружево. Засовывая их под ткань, я обнаруживаю, что насквозь промокла.
Я стону, обводя свой клитор, представляя, что это его пальцы ласкают меня, а не мои собственные.
«Вот и все, моя маленькая грязная шлюха. Покажи мне, как ты заставляешь себя кончать, когда думаешь обо мне.» Его голос звучит отдаленно, когда он говорит на этот раз, но я слишком потеряна в ощущениях, бушующих по моему телу, что я ничего не думаю об этом.
