В это же самое время Туркаев совершенно спокойно, зная, что дверь непростая, и чтобы ее открыть понадобиться значительное время, не спеша привязал к концу веревки сумку со своей просто огромной добычей. Далее, будучи достаточно физически развитым, он легко взобрался на тринадцатый этаж и затем подтянул к себе веревку, на конце которой болталась сумка с добрым полумиллионом американских долларов. Также не торопясь, он проследовал к лифту и на нем спустился вниз. На выходе из здания он, лицом к лицу, столкнулся с Корниловым, но тот был в таком волнении, что не обратил на Туркаева, одетого в сантехническую спецодежду, никакого внимания, как будто его и не было. Глеб же, уступая ему дорогу, машинально отвернул лицо в сторону. Корнилов отлично знал его брата, а потому: заостри он на необычном работнике коммунальных служб свое внимание — мог бы, еще не побывав на месте, с точностью определить, что именно случилось у его красивой избранницы. Тем не менее и он не был лишен человеческих слабостей, поэтому спешил на помощь к своей невесте, ничего не видя перед глазами. Так генерал и появился на месте происшествия, ожидая, что найдет разгадку внутри квартиры.
Как только проем освободился, он первый бросился внутрь, предварительно достав и приведя в боевую готовность свое огнестрельное оружие. Нечеловеческим воплем офицер возвестил о случившейся в квартире трагедии.
— Все сюда, немедленно! — было первое, что он прокричал, после своего будоражащего кровь возгласа.
Первыми зашли медики и стали осматривать пострадавшую. Как и следовало ожидать, сохранявшийся под плащом и следовавшей за ним белой блузкой бронежилет принял на себя первые две пули. Соответственно, внутренние органы да и сама грудь, за исключением легких ушибов, абсолютно не пострадали. Но вот голова!? Во лбу имелось маленькое круглое отверстие, с запекшейся по краям кровью, что не вызывало сомнений о наступлении печальных последствий.
Офицер, относящийся к высшим чинам, не скрывая скорби, бросился на кровать и, рыдая, стал попросту вырвать на себе волосы. Внезапно, один из прибывших на место медбратьев диким не вызывающим возражений голосом заорал:
— Тихо, всем!
И после того, как наступила мертвая тишина, удерживая руку на шее возле самого горла, уже вполголоса произнес:
— Есть пульс, она жива.
После этих слов пришел в себя и Корнилов. Моментально собравшись, он резко скомандовал:
— Немедленно в «Склиф» ее — прямо в отделение нейрохирургии.
Далее, сам помогая медбратьям, стал спускать несчастную на носилках вниз, предварительно отдав оставшимися на месте спецназовцам жесткое указание:
— Обыскать здесь все, чтобы ни одна мышь не выскочила. За информацию отвечаете лично.
— А вы, — обратился генерал к телохранителям, — либо принесете мне голову того, кто это сделал, либо ищите себе другую работу. И можете не сомневаться, что после того, как вы провалили этот объект, вам вряд ли удастся найти что-либо стоящее.
Это была совершеннейшая правда, и возразить охранникам было нечего.
Скорая «летела» по проспекту Мира, делая это в направлении научно-исследовательского института «им. Н.В. Склифосовского». Внезапно, чуть не доезжая улицы Сельскохозяйственной, машина остановилась.
— Что случилось? — грубо обратился к водителю генерал-лейтенант Корнилов.
За рулем сидел молодой парень, не достигший еще и тридцатилетнего возраста, имеющий круглое довольно симпатичное лицо, с большими голубыми глазами и припухлыми щеками. Начинающая полнеть фигура говорила о его сидячем малоподвижном образе жизни. Облачен он был, как и положено, в форменную куртку, выдававшую принадлежность к организации скорой помощи. Еле сдерживая охватившее его волнение, парень ответил:
— Впереди большая пробка. Произошло крупное ДТП, и вряд ли получится ехать дальше.
— Ну, так разворачивайся и поезжай другой дорогой, — не скрывая своего негодования, «отрезал» Эдуард Владиславович, — и давай пошевеливайся. Если мы ее не довезем, я займусь тобой лично.
— Не могу, — чуть не плача, промолвил шофер, — сзади проезд уже загородили другие машины. У меня даже развернуться сейчас не получиться.
Корнилов вышел на трассу. Действительно, они попали в ужасную пробку, и не было возможности ехать ни вперед, ни возвратиться назад. Он стал нервно ходить вокруг автомобиля, перебирая в уме различные варианты, как же можно побыстрее доставить раненую в больницу. Вдруг, ему пришла какая-то идея, и он вынул из грудного кармана своего пиджака мобильный телефон — те как раз только начинали входить в обиход — и, набрав нужный ему номер, жестким голосом произнес:
— Вертолет, необходимый для транспортировки раненого, пришлите на проспект Мира к пересечению с улицей Сельскохозяйственная.
Потом видимо посчитав, что нужно этот процесс ускорить, гневно добавил:
— Быстро!!!
