Повернув за угол, я очутился на знакомой мне Малбри-стрит. При слабом освещении ущербной луны она выглядела как спокойная и сонная деревенская улица, на ней не было ни души.
Держась затемненной стороны и поглядывая направо и налево, я пытался найти Нюмер-стрит и одновременно заблаговременно заметить что-либо подозрительное.
Четкую надпись «Нюмер-стрит» я увидел с ощущением, похожим на неожиданный шок. Нюмер-стрит был именно тем переулочным тупиком, где мною была ликвидирована бледнолицая крыса.
Удвоив осторожности, почти крадучись вдоль забора, я приближался к тому дому, в подвале которого я убил парня. Я твердил себе, что совпадения здесь невозможны, что это не может быть правдой, что это одна из тех вещей, которые в действительности никогда не случаются.
Но нет. Все было верно, и все то, что невозможно было предположить, оказывалось суровой истиной.
Табличка на левом углу дома ясно указывала, что это именно № 27.
Месяц зашел за тучи, стало темнее. Переулочек был совершенно пуст и тих.
Фриби еще не появлялся, и я решил, что до его прихода успею быстро осмотреть небольшой, уже знакомый мне дом.
Я попробовал наружную дверь. Она оказалась незапертой. Я вытащил «маузер», снял предохранитель, и, соблюдая обычные предосторожности, открыл дверь, осветил на секунду своей зажигалкой коридор и вошел в дом. Продолжая чиркать зажигалкой, я наспех осмотрел незапертые внутренние помещения, подошел к двери, ведущей в подвал, открыл ее и спустился, вниз. Нервы мои были напряжены до предела, и я судорожно сжимал в руке «маузер» в ожидании сам не знаю чего. Но все было тихо и спокойно, и я улыбнулся в темноте сам себе, припомнив многочисленные подобные ситуации в своей практике. Да, подумал я, еще рановато превращаться мне в старую леди и распускать нервы. С этой мыслью я решительно засунул револьвер обратно в карман и двинулся к тому месту, где находился упаковочный ящик, в котором я оставил бледнолицего.
Ящик лежал на том же месте, где я его оставил.
Здесь мне в голову пришла еще одна мысль. Тот, кто звонил на квартиру Бетины и говорил с Элисон, хотел показать мне, что ему известен факт убийства мною бледнолицего, и направил в это место. Но для чего? Зачем? Воздействовать на мои нервы? Чепуха! Западня? Но таковой как будто нет.
Я пожал плечами, подошел в темноте к ящику, прислоненному к стене, и дернул его. Он был тяжел и двигать его было трудно.
Я усмехнулся про себя. Итак, бледнолицый находился все еще здесь в ящике. По-видимому, я был не прав в своих предположениях. Я даже вздохнул с облегчением.
Оттащив от стены ящик, я опрокинул его на бок, чиркнул зажигалкой и заглянул внутрь.
Нет, я не ошибся в своих самых мрачных предположениях!..
Кто-то вытащил бледнолицего из упаковочного ящика. Мало того! Кто-то позаботился вместо него втиснуть туда… Элисон. Я увидел ее лицо, еще не обезображенное смертью, и успел рассмотреть при вспышке зажигалки маленькое отверстие от пули чуть выше глаз.
Погасив зажигалку, я придвинул ящик вновь к стене, закурил сигарету, присел на ящик и задумался.
Пожалуй, никогда в жизни я не был так разъярен. Даже дрожь какая-то пробегала по моему телу и мысли путались. Я потерял много близких друзей, но даже их смерть не наполняла меня такой беспредельной злобой.
Единственное, что мне было ясно, состояло в понимании того, что надо было успокоиться и попытаться трезво оценить обстановку.
Я загасил сигарету о край упаковочного ящика и решил выйти и поговорить с Фриби.
Но это решение оказалось невыполнимым.
Внезапно холодный подвал оказался залитым ярким светом фонаря. Сноп света ударил мне в лицо и на секунду вынудил меня зажмурить глаза.
Прошло, вероятно, секунды две или три, пока я смог открыть их и оценить обстановку.
В хорошо отраженном белыми стенами подвала свете на пороге открытой двери стояла Бетина.
В левой руке она держала электрический фонарь, а в правой руке — револьвер, нацеленный на меня.
Неблагоприятное освещение не давало мне возможности сразу определить систему револьвера, но напряженно всматриваясь, я пришел к выводу, что это не «Вальтер», а скорее всего газовый пистолет.
Горькая мысль пришла мне в голову: жизнь, полна сюрпризов, никогда не дает скучать.
Бетина улыбалась и в свете фонаря выглядела подобно дьяволу.
— Итак, мы опять встретились, мой дорогой и прекрасный Майкл. Мне думается, что теперь мы можем немножко побеседовать. А после этого мы посмотрим, не найдется ли в этом ящике достаточно места еще для кое-кого, даже если он окажется таким большим, как вы, мой милый.
Я думал быстро, по крайней мере, пытался это сделать. В первую минуту почему-то я вспомнил о Старике и представил себе его впечатление, от этой интересной сцены. Что бы он сказал по данному поводу? Был бы он в состоянии выразить свои чувства адекватными словами?
