— Нет, не видел, — ответил Алексей. — За сигареты, пусть и американские, спасибо, но ты бы шёл отсюда.
— Ясно, — кивнул я. — А девушку в странном одеянии?
Парень отрицательно мотнул головой, после чего потерял ко мне всякий интерес. Я огляделся, чтобы найти какого-нибудь более полезного собеседника.
Он говорил что-то об американцах...
Нахожу взглядом дядю в домашнем халате и иду к нему. А вот за ним, действительно, сидела группа одетых в военную форму мужчин. Видок они имели потрёпанный, видно, что были ранения, если судить по окровавленным перевязкам у некоторых, но сейчас их раны не беспокоили. Они сидели на камнях и смотрели в сторону врат.
— Не помешаю? — спросил я, подходя к ним.
— Мёртвым уже не помешать, — повернул ко мне голову один из американцев.
У него голова перемотана окровавленным бинтом, левая рука тоже, а одежда в каменной пыли. Чёрные «пожарные» усы местами подпалены, как и китель со штанами.
— Американцы? — спросил я.
— Ага, — ответил рыжеволосый парень в тяжёлом бронежилете. — Ты не похож на мёртвого. Чего забыл тут?
— Друга ищу, — сказал я, а затем достал сигареты. — Курите?
— Спрашивать даже не надо, — усмехнулся усатый. — Зови меня Клайдом.
— Артур, — назвался рыжий.
— Дмитрий, — представился я.
Американцы разобрали сигареты и с удовольствием закурили. Радостей у мертвецов немного...
— А чего это у тебя за марка? — удивился рыжеволосый. — «Лаки Страйк»? Никогда не слышал.
— Это не из вашего мира, — объяснил я.
— А, тогда ясно, — хмыкнул рыжий. — Так что за друг?
— Звать его Ильёй, — ответил я. — В военной форме, а ещё у него есть маска, почти как у меня.
Американцы переглянулись.
— Нет, не видели такого, — сказал Клайд. — Ты бы стареньких поспрашивал или «идейных».
— «Идейных»? — спросил я недоуменно.
— Эти подальше от реки сидят, — ответил на это Клайд. — Не хотят на ту сторону. Они тут давно...
— Как их найти? — спросил я.
— Те, кто останется, когда Харон приедет, — сообщил мне американец. — Вот с ними и говори о своём друге. Но, думаю, он уже на той стороне, так что...
— А девушку в странной одежде? — решил я осведомиться о Ани.
— Тут полно таких, — грустно усмехнулся рыжеволосый. — Вон та, например.
Он указал на девушку в ярко-красном зимнем комбинезоне и меховой шапке. Судя по остаткам экипировки, она погибла где-то в ледяных горах. Для них она, может, выглядит странно, но одежда у неё в пределах норм XXI века.
— Правда, что вы коммунисты? — спросил я у Клайда.
— Правда, — ответил тот. — Тебе русский сказал? Ругал нас, небось?
— Да не особо, — покачал я головой. — Как так вообще получилось, что в Америке коммунисты к власти пришли?
— Революция 1910 года... — с гордой улыбкой сообщил Клайд. — Свергли промышленников, казнили их президента-марионетку, заводы рабочим, землю крестьянам, а затем начали строить социализм, в точности по заветам товарища Архипова...
— Какого товарища Архипова? — спросил я.
— Величайшего идеолога марксизма-архипизма! — возмутился рыжеволосый.
— Впервые слышу, — признался я.
— Это потому, что ты неуч, — припечатал рыжеволосый. — Это знать надо!
— В моём мире коммунистическая революция случилась в России... — посчитал нужным сообщить я им.
Американцы переглянулись, а затем одновременно заржали, как кони.
— Чего смешного я сказал? — не понял я.
— В России?! Ха-ха! — утирая слезу, спросил Клайд. — А чего сразу не в Китае?! Ха-ха-ха!
— Ну, вообще-то... — начал я.
— В Российской империи, цитадели империализма, революция невозможна, — посерьёзнел вдруг Клайд. — Там самый реакционный режим, злостно эксплуатирующий рабочих и крестьян, а также раскинувший свои болезнетворные щупальца на Европу и Африку. И Китайская империя не лучше.
— У вас там всё настолько вверх ногами? — задумчиво спросил я.
— Наши братья в Китайской империи чуть не свергли слабосильного Сюнь-ди, но русские ввели войска... — с видимым сожалением произнёс Клайд. — Интервенты одолели революционную армию, а затем Охранка за четыре года физически уничтожила всех коммунистов и им сочувствующих. Эх, Сунь Ятсену чуть-чуть не хватило до победы... Так бы мы были не одни...
— Когда Харон прибудет? — спросил я.
— А мы откуда знаем? — усмехнулся Клайд. — Лично я умираю впервые.
Значит, остаётся только ждать.
Достаю из подсумка пенал с сигарами, приготавливаю и подкуриваю одну из них, сажусь на камень у берега и задумчиво закуриваю.
М-да... Параллельные миры — это безумие. Революция в США, которые не США, Российская империя, берущая штурмом Вашингтон — я ещё думал, что это у нас весь мир сошёл с ума...
Издалека, из каменных равнин, приходят новые люди. Они не рассматривают остальных, лишь бросают на меня неопределённые взгляды, после чего рассаживаются или разваливаются на камнях. Никто не разговаривает, всем всё равно — они здесь, чтобы дождаться рейса через Стикс.
