Корделия кивнула. Головокружение миновало, по крайней мере пока, и она вдруг осознала, как близко сейчас Бенджи. Она чувствовала щекой его тёплое дыхание.
– Спасибо! – сказала она и сделала шаг в сторону. – Наверно, надо было подольше попривыкать к призрочкам.
– А раньше с тобой такое бывало?
Нет, не бывало. После первых нескольких секунд головокружения потом с призрочками всегда всё было нормально. Это внезапное головокружение было чем-то новым, и Корделии это не понравилось. Однако Бенджи она об этом говорить не собиралась. Бенджи с его дурацким безупречным Зрением…
– Да ладно, ерунда! – сказала она.
Корделия снова попыталась открыть дверь – на этот раз безо всяких спецэффектов – и оказалась в небольшом кабинете. Там стоял металлический стол со старым, громоздким компьютером, книжный шкаф, набитый вестернами в мягких обложках, и пугало, держащее вывеску «Всемирно знаменитый кукурузный лабиринт фермы Крамера!». Позади пугала были развешаны нарисованные от руки планы, на память о двадцати пяти годах лабиринтов. Каждый лабиринт был уникален – своего рода произведение искусства, свидетельство увлечения и любви своего создателя.
Призрак сидел на диване. Это был мужчина под шестьдесят, во фланелевой рубашке. Опершись подбородком на сцепленные руки, он задумчиво созерцал зубочистки, расставленные в виде лабиринта. Лицо у призрака было крайне сосредоточенным, как у шахматиста, обдумывающего следующий ход.
– Наверно, это и есть мистер Крамер, – сказал Бенджи. – Всё ещё думает о своих лабиринтах. Вот это я понимаю, увлечённость.
Призрак склонил голову набок, как будто заслышав вдалеке что-то интересное. Улыбка исчезла с лица Бенджи.
– Слушай, давай-ка держаться от него подальше. После того, что случилось в ковчеге…
Корделия села на диван.
– Вот обязательно рядом с ним садиться, да? – сказал Бенджи.
– У него вид грустный.
– Понимаешь, он умер. У некоторых от этого настроение портится. Слушай, Корди, пошли вниз, а?
– Погоди минутку. Я хочу ему объяснить, что сейчас будет, чтобы он не пугался.
Корделия забралась на диван с ногами и развернулась к призраку.
– Мистер Крамер, вы извините, что я вас тревожу, но в этом доме вам оставаться небезопасно. Мы при помощи специального устройства переместим вас на новое место. Это совсем не больно (Корделия надеялась, что это правда), а очнётесь вы уже в другом, новом, доме, где сможете снова видеть тех, кого вы любите. Ну, в каком-то смысле.
Корделия вглядывалась в лицо мистера Крамера, ожидая реакции. Он не сводил немигающего взгляда со своих зубочисток, но девочке показалось, что лицо его как-то разгладилось, стало как будто поспокойнее. Хотя, наверно, ей просто хотелось так думать. Скорее всего, призрак попросту не слышал ни слова из того, что она говорила.
В комнату вошли Лорел с Агнесой. Кайл бросил на пол свою спортивную сумку, нарушив тишину грубым лязгом.
– Ну что, не нашли ещё призрака? – спросила Лорел.
– Я сижу рядом с ним.
Лорел с любопытством смерила Корделию взглядом.
– А ты их в самом деле совсем не боишься, да?
– Зато попробуйте ей показать сороконожку, она будет орать, пока не охрипнет, – заметил Бенджи.
– Ну а чего у неё столько ног? – буркнула Корделия.
– Что он делает? – спросил Кайл, глядя в сторону призрака.
– Ничего, – сказала Корделия. – Просто сидит и смотрит на стол, как зачарованный.
Лорел с Кайлом с улыбкой переглянулись.
– Наш любимый сорт призраков! – пояснила Лорел. – Некоторые из них непрерывно двигаются. Потому нам и приходится их гипнотизировать при помощи роликов. Но некоторые просто сидят, как будто в коме или вроде того. Этих ловить – пара пустяков. Виктор таких называл «розами».
Кайл хихикнул и добавил:
– «Прекрасный цветок, который можно пересадить на новое место, где он расцветёт и станет крепким и сильным!»
Кайл говорил тоненьким голоском, не похожим на его собственный – явно передразнивал Виктора. Лорел с Кайлом оба расхохотались.
– Похоже, Виктор в самом деле любил призраков, – заметила Агнеса.
– Да он их просто обожал! – ответил Кайл, всё ещё посмеиваясь. – Только и говорил, что о…
– А вы же говорили, что он уволился, потому что устал от них, – сказала Агнеса.
Лорел перестала хихикать и бросила на Агнесу раздражённый взгляд, будто учительница, которую поправила ученица.
– Ну… поначалу он их обожал, – сказала Лорел. – А потом передумал.
– Что-нибудь случилось, да? – спросила Корделия.
– Да ничего особенного. Наверно, ему просто надоело.
Кайл хотел было что-то добавить, но Корделия заметила, как Лорел предупредила его взглядом: помалкивай, мол! Кайл опустился на колени и расстегнул сумку. Лорел явно боялась, что Кайл может выболтать какой-то секрет, который она хочет скрыть от детей. Паранойя Корделии разыгралась не на шутку: «Что же случилось с Виктором? Что они скрывают? Надо бы узнать!» – но тут девочка напомнила себе, что взрослые постоянно скрывают от детей самые безобидные вещи, обычно «для их же блага». Если Лорел не хочет им о чём-то говорить, наверно, у неё есть на то причины. Она спасла их от фантома. Она руководит целой фирмой, занимающейся спасением призраков.
