Да-да, все и так ясно. Я сижу тут, лечу вас, при необходимости мне будет предоставлено все, о чем попрошу, от самых редких трав до элитных проституток, причем в кратчайшие сроки. Надо будет — домой меня свозят, попутно, скорее всего изобразив сценку «спасение Фомы Неверующего от покушения». Ну, а попутно за это время добрый и участливый Илья Николаевич попробует мне на шею поводок надеть, не сильно тугой, но зато очень крепкий и надежный.
Вот только меня это все не слишком устраивает, особенно в свете полученной только что информации.
— И это прекрасно — одарил я собеседника самой обаятельной улыбкой из тех, что у меня в запасе имеются — Илья Николаевич, я тысячекратно извиняюсь, но где тут у вас уборная? Я ведь пива выпил немало, да еще вон, сверху чайком его заполировал. Если честно, из последних сил держусь.
— Да зачем же так себя мучать? — изумился старик — Саша, проводи нашего гостя туда, куда ему нужно.
Я глянул на Жанну, давая ей понять, что рассиживаться нечего, еще раз улыбнулся, теперь смущенно, и посеменил за охранником, придерживая руками живот. Да, выглядит это комично, но и пусть. Тем более, я вообще-то не совсем и соврал, зов природы, назовем его так, на самом деле имел место быть.
Туалет, как и все остальные помещения в этом доме, поражал своими размерами. На таких площадях среднестатистическая семья проживать может, как мне думается. А моя квартира так точно меньше.
— Значит — кома? — спросил я у Жанны, которая смотрелась в зеркало, которое ее, разумеется, и не думало отражать — Это точно?
— Сама слышала — с достоинством ответила девушка — Там Вагнер был, он это и сказал. «Павел, это кома. Более точный диагноз и прогноз дам тебе после клинических исследований».
Она очень точно изобразила интонации Петра Францевича, потому сомнений в том, что все было именно так, как она рассказывает, у меня даже не возникло.
— А что Ряжский? — глянув по сторонам и искренне надеясь на то, что тут нет камер и микрофонов, уточнил я — На самом деле в бешенстве?
— Не сказала бы — подумав, произнесла Жанна — Скорее, не знает, что делать. Но да, он думает, что это твоих рук дело. Так Вагнеру и заявил — это Смолин. И еще ругнулся матом.
— Плохо.
— Чего хорошего. А Вагнер, кстати, попытался его в этом разубедить. Не верит, что ты на такое способен. Рассказал о том, что вы днем с коматозницей в его клинике виделись, очень хорошо общались друг с другом, шутили. Раза три повторил, что причины убивать Ряжскую у тебя вообще никакой нет. Но этот хмырь все равно ему не поверил. Или поверил, но сделал вид, что это не так. Знаешь, он тебя здорово боится, потому ему пофиг — ты его жену убил, не ты… Не это главное.
— Ну да, ну да — пробормотал я — Главное, у него теперь есть веский повод, чтобы меня прикончить. И никто ему помешать не сможет, Ольга-то считай, что мертвая лежит.
— Александр Дмитриевич, у вас все в порядке? — послышался из-за двери приглушенный голос моего тезки-охранника.
— Не совсем — прокряхтел я — Еще, как назло, и манжет расслабило. Вы идите, не ждите, я обратную дорогу найду, не заблужусь. И обещаю — сбегать не стану.
— Так и не получится. Но я все же подожду вас тут.
— Дело ваше — не стал спорить я, и снова обратился к Жанне — Что-то еще?
— Саш, там в доме призрак был — немедленно произнесла она — Он, похоже, Ряжскую-то и оприходовал. Ну, в смысле…
— Да понятно в каком смысле — насторожился я — Что за призрак?
Кто-то из клевретов Кузьмы? Да вряд ли. Он просто не успел бы настолько быстро и меня найти, и такой тонкий план с подставой реализовать. А то, что это спланированная акция, ни малейших сомнений у меня не вызывало.
— Дядька — отозвалась Жанна — Немолодой, но сильно злой. У него вся начинка цветом как опал в том перстне, что тебе Генриетта на прощание подарила. Я как в комнату вошла, где Ряжская лежит, сразу его заметила, он рядом с кроватью стоял и хихикал. Потом увидел меня, кулаком погрозил, и в окно сиганул.
— Все страньше и страньше — я потер подбородок — Выходит, он тебя знал?
— Выходит — кивнула девушка — Но я его точно впервые видела. У меня же память фотографическая. Хотя лицо у него ничем не примечательное, мужик как мужик. У меня самого отец такой же, рядом поставь — за братьев сойдут. Единственное мой отец сутулится, а это прямой, как шпала. Может, он из бывших военных? Дядька мой тоже вот тоже сроду не гнулся, даром что давно в отставку вышел.
Кто же это может быть? Кроме Кузьмы с присными я вроде никому из призрачного мира на пятки не наступал. А те, с кем нелады были, мне ничем насвинячить не могут, потому что находятся в таких краях, откуда нет возврата.
Но факт есть факт, Ольгу все же загнал в кому неизвестный мне призрак. И метился он именно в меня.
