— Мне какая в том корысть? — наконец подала голос она — Те, кто в тумане обитает, слуг Мораны не жалуют. Да и в раньше времена нас на правом берегу Смородины особо не привечали. Терпели, но и только.
— Есть человек — я достал из левого кармана джинсов еще один пакетик, в котором тоже лежал волос и определил его на место рядом с первым. Они выглядели почти как близнецы, между ними имелось лишь одно отличие. На втором красовалась буква «С». Я сам его маркером, который чудом за два года не высох, пять минут назад надписал, чтобы, грешным делом, волоски не перепутать. Зачем мне накладка, в которой наказание, приготовленное для охранника Саши, достанется и без того пострадавшей Ольге Михайловне? — Я не отдам его тебе на съедение, но ты можешь ночку-другую как следует его потерзать. Только уговор — до сумасшествия не доводить. Он до поры, до времени мне дееспособным нужен. Ну, в своем уме, короче. Договор?
— Ой, ведьмак, хитер же ты — недобро ощерилась Мара — Мне кусок с порога кидаешь, а перед тем домой целую тушу отволок. Не след так поступать. Не след.
— Зря ты так — изобразил обиду я — И вообще — не хочешь — не надо. До осени недалеко, а там я с зарянником договорюсь. Он в Навь и обратно постоянно шастает, а в цене мы с ним всяко сойдемся.
— Ну-ну — тоненько захихикала моя гостья — Попробуй. Вот только до осени твоя краля в Нави сгинет десять раз. Там в туманах, особенно у старых курганов, много охотников за заблудшими душами бродит.
— Твоя цена? — я решил закончить пикировку одним простым вопросом. Если будет сильно дорого — значит Ряжской не повезло, как, впрочем, и ее и мужу. Одна сгинет сразу двух мирах, второй днями пойдет на уплату моего давнего долга. Надо только будет как-то его волос раздобыть или какую-то другую вещицу, с ним связанную, что, в принципе, не проблема. Вон, тот же Илья Николаевич, уверен, запросто мне с этим поможет. И на этом все.
Бэллы, разумеется, эти беды не коснутся. Она — другое.
— Ее озвучила наша госпожа — немного отстраненно сообщила мне Мара — Ей нужны силы для того, чтобы защитить себя от врага, что подбирается к ней все ближе. Сделай то, о чем она просила — и мы в расчете.
— Слишком размыто — покачал я головой — Конкретики нет. Давай так — днями я подарю ей душу. Не живую, врать не стану, но сильно ярую, уж поверь.
— Теперь ты туман наводишь — попеняла мне гостья — Днями — это когда?
— Самое большее неделя — чуть помедлив, пообещал я — Но, думаю, скорее.
— Седьмица, стало быть — повторила девочка — И мне две ночи на то, чтобы с недругом твоим потешиться. Цена невелика, но будь по-твоему. Договор.
Она смела со стола пакетики, убрала их в карман, и, на секунду опередив мой вопрос, произнесла:
— Сначала ты выполни обещанное, а после я схожу за твоей подружкой. Такое у меня условие.
— Предоплата сто процентов, значит — пробормотал я — Ладно, пусть так. Слушай, у меня еще одна маленькая просьба есть. Она тебе ничего стоить не будет, обещаю.
— Ну? — Мара, которая уже спрыгнула с табуретки на пол, глянула на меня.
— Передай тому, кто тебя будет веселить две ночи, от меня привет. И скажи, что в следующий раз ему следует хорошенько подумать о том, кому и чем стоит угрожать.
— Ишь ты! — гостья недобро усмехнулась — И чем же он тебя стращал?
— До родителей моих собирался добраться, чтобы я сговорчивей стал.
— Передам — посерьезнела девочка — Не сомневайся.
Она, как и все жители Ночи, к подобным вещам относилась очень серьезно. Покон, знаете ли, есть Покон, а он родителей и детей в личные разборки запрещает впутывать. Ну, а то, что Саша о таком своде правил в жизни слыхом не слыхивал, никого не волнует. Незнание законов не спасает от ответственности.
— И с Пухеей не затягивай, если можно — попросил я Мару напоследок — Времени не так и много у того человечка осталось.
— Если она с меня какую плату запросит, то сам с ней рассчитываться станешь — предупредила меня та — Может, и без мзды обойдется, но я сразу говорю, как есть.
— Само собой — не стал спорить я — Только пусть особо не разгуливается, не с того же света мы кого-то тянем за ноги? Все куда проще.
— С ними никогда не знаешь, что да как — вздохнула Мара — И чем дальше, тем хуже. Все, я пошла. До света время есть, еще успею твоего недруга навестить.
Она с видимым удовольствием облизнулась, а после тихими, прямо-таки какими-то кошачьими шагами, удалилась из кухни.
— Ох, Александр, нехорошие ты игры затеял — сообщил мне Вавила Силыч минутой спустя. Он, разумеется, слышал наш разговор от слова до слова, но меня это совершенно не раздражало и не печалило. Такая уж у него работа — все знать, что в доме происходит — Недобрые. Как бы это все тебе боком не вышло.
— Если все упрется только в «как бы», то я счастлив буду. Многовариативность — это же замечательно! Но в моем случае, боюсь, ей и не пахнет, потому даже шансов на то, что последствия не наступят, нет. Другой вопрос какие.
— Мудрено говоришь — пожаловался мне подъездный — Так сразу и не поймешь.
