Annotation
Это роман длиной в полвека, история целого клана англо-американской семьи. Герои книги живут так, как и полагается благополучным, богатым людям: удачная карьера, роскошные дома, великосветские развлечения, бурные романы. Но время от времени они попадают в такие трагические ситуации, что невольно возникает мысль - а не являются ли они просто фишками в чьей-то дьявольской игре?
Пенни Винченци
Главные герои
Глава 45
Глава 46
Глава 47
Глава 48
Глава 49
Глава 50
Глава 51
Глава 52
Глава 53
Глава 54
Глава 55
Глава 56
Глава 57
Глава 58
Глава 59
Глава 60
Глава 61
Глава 62
Глава 63
Глава 64
Глава 65
Глава 66
Глава 67
Эпилог
notes
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
Пенни Винченци
Злые игры. Книга 3
Главные герои
Вирджиния, графиня Кейтерхэм,
Александр, граф Кейтерхэм,
Шарлотта и Георгина Уэллес и Макс, виконт Хэдли,
Джордж,
Харольд и миссис Тэллоу,
Няня Бэркуорт,
Алисия, вдовствующая графиня Кейтерхэм,
Мартин Данбар,
Лидия Пежо,
Энджи Бербэнк,
Миссис Викс,
Клиффорд Парке,
М. Визерли Стерн,
Чарльз Сейнт-Маллин, адвокат,
Гэс Бут, директор лондонского отделения банка «Прэгерс».
Джемма Мортон, модель, девушка из богатой семьи,
Фредерик Прэгер III,
Малыш Прэгер (Фред IV),
Мэри Роуз,
Фредди, Кендрик и Мелисса,
Мадлен Далглейш,
Пит Хоффман,
Габриэл (Гейб),
Джереми Фостер,
Чак Дрю,
Томми Соамс-Максвелл,
Глава 45
Несомненно, вина за всю эту чудовищную историю лежала на ней, и только на ней. Именно она виновата в том, что так расстроила отца, нанесла ему сильнейшую душевную травму, из-за которой у него и произошел этот нервный срыв. И как только она могла так поступить; как только могла сделать это именно она — она, так любившая отца, любившая его неизмеримо сильнее, чем Шарлотта или Макс, она, которая одна из всех сохраняла непоколебимую верность отцу и отказывалась даже думать о том, чтобы заняться поисками какого-то сомнительного другого отца; Георгине неприятны были сами слова о некоем «настоящем отце»: Александр, такой мягкий, понимающий, беспредельно любящий, и был для нее настоящим отцом; и как только не кто-нибудь, но именно она могла причинить ему столь ужасную боль, которая чуть было не погубила его?!
Тогда, в ожидании приезда доктора, она сидела рядом с отцом, держала его за руку, беспомощно смотрела, как он горько плакал, как мучительные рыдания сотрясали его тело, ей хотелось бы находиться где-то в тысячах миль от дома, хотелось, чтобы вся душевная мука отца перешла к ней самой, хотелось даже умереть, только бы не видеть и не слышать отцовских рыданий. «Это я все наделала», — проговорила она, беспомощно глядя на Энджи, у которой был такой же потрясенный и испуганный вид, как и у нее самой. «Нет, Георгина, ничего подобного, не говори глупостей, ты тут ни при чем», — ответила ей тогда Энджи, стараясь успокоить ее. Но слова Энджи не помогли, от них не стало лучше; в ушах у Георгины непрерывно звучали другие слова, те, которые она бросила незадолго до этого Александру: что он просто сумасшедший и что она должна была бы понять это уже давным-давно; а перед глазами у нее непрестанно вставала картина, как после этих слов она сбегает вниз по лестнице вслед за Кендриком, они оба вскакивают в машину и она, Георгина, почти выкрикивает Кендрику, чтобы он гнал отсюда без оглядки.
