Дуайт оглянулся, поразившись скорости закрытия входа. Стальные плиты наехали друг на друга, заново сцепившись воедино. Послышалось сильное гудение и еле слышный шелест, доходивший снаружи. Поразмыслив, Дуайт понял: песок. Бункер прятал свою тайну.
– Комнаты для отдыха по коридору, – сказал Марк.
Он остановился рядом со стойкой, накрытой большим листом маскировочной пленки. Хотя сейчас она казалась одним куском пыли, принявшей странную форму. Марк сдернул пленку, подняв серые клубы. Тут же, утробно чмокнув, заработала автоматическая вентиляция, убирая последствия пыльного взрыва от электронных машин, стоявших на выгнутой большой столешнице.
– Божья благодать на мою дурную голову… – Моррис замер. – Padre, ударьте меня вашим распятием, если не прав. Но… но это же рабочие вычислительные машины на кристаллических процессорах, да?
– А жаль, – бросил командор, запуская компьютеры.
– Чего? – удивился Моррис.
– Ты добровольно просишь ударить тебя символом веры в Господа нашего. Это вроде бы богохульство, но ты сам и просишь покаяния. А я не могу бить покаявшегося… хотя и хочется. Ты прав, заблудшая душа, это именно кристаллы.
– Что это за место? – Дуайт оглянулся.
Подземный ангар темнел угрюмой громадой. Лампы под потолком освещали совсем немного.
– Бункер КША… – пояснила Изабель и провела пальцем по столу, стоявшему у входа. На темной замше перчатки появилась жирная серая полоса пыли. – Их немного, и порой они пустые. Но искать их все равно стоило.
– Этот не пустой, – улыбнулся Марк, – здесь нас ждет лишнее доказательство благословения Господня. Ведь дело наше правое.
– О чем вы, padre? – Моррис закурил. Дым, светлый, пахнущий прерией и усталостью, поплыл вверх, под потолок, невысокий относительно размеров ангара.
Зашипело. На освещенный пятачок упала длинная тень. Мойра, выскочив чертиком из неприметной ниши сбоку, нажала кнопку скрытого замка. Дверь с тихим шипением вжалась в стену, скрипнула и пропала. Вот только была, и нет.
Командор поднял еще один рубильник, осветив дальний конец ангара и несколько высоких и низких прямоугольников, накрытых брезентом, который густо покрывала вездесущая пыль.
– Я, Моррис, говорю о нем, вон о том здоровяке, что повезет нас в самую преисподнюю, аки конь святого Джорджа.
И указал на длинный и самый высокий силуэт.
– И что это? – Дуайт не спешил идти к указанному механическому «коню».
– Доказательство, очередное, того, что порой Господь наделяет людей поистине настоящим гением. Это боевая машина.
– Я бы сильно удивился, – парировал Моррис, затушив самокрутку об каблук сапога, – если бы там оказался комбайн для сбора кукурузы, к примеру.
– Кукурузу собирают не комбайнами, – поправил его Хавьер, зачарованно уставившись на громаду, скрытую под брезентом и пушистым пыльным ковром, – ее собирают…
– С помощью ниггеров, я знаю, – перебил его Моррис и сплюнул, – да и черт с ним.
– Вперед, джентльмены, – скомандовал командор, шагнув к механическому великану, – у нас с вами не так много времени, чтобы привести его в порядок.
– И что там?
Хавьер явно волновался. Дуайт не спешил за остальными, стоя рядом с Изабель. Волнение Хавьера понятно: мексиканец очень любил технику.
– Поистине чудо, друг мой. – Марк остановился за несколько футов от великана, потянул рычаг на стене. – «Ле Турно-Вестингауз Хантер»…
Хавьер замер, преисполнившись благоговения. Дуайту слова командора ни о чем не сказали. Изабель удивленно приподняла бровь.
Рычаг привел в действие лебедку, удерживавшую брезент поверху. Моррис слишком поздно понял причину, по которой командор закрыл лицо рукавом. Брезент величественно, под стать имени громады, скользнул вниз. Царственно, лениво и неумолимо, как песок в дюнах. Пыль, добавив торжественности, с достоинством неторопливо потекла вниз.
Хавьер выдохнул. Моррис, отплевавшись от пыли, промолчал. Как, впрочем, и остальные. За исключением Изабель.
– На кого же на таком охотиться? На мамонтов с Аляски?
«Охотник» впечатлял, внушал уважение и заставлял задуматься о горючем. Дуайт просто не мог себе представить, сколько же галлонов топлива необходимо громаде с пятью мостами и высотой с добрый дом на два этажа?
Чуть выдающийся мощный нос с отвалом, больше смахивающим на таран. Дуайт разглядел все еще блестящие суставы механизма, явно помогавшего амортизировать удары огромного острого треугольника, похожего на наконечник арбалетной стрелы. Покатую кабину хотелось титуловать не иначе как рубкой. Хотя океан и суда Дуайт видел очень давно. Сразу за ней виднелся горб вместительного кузова. Украшавшие его детали не узнать было невозможно: подвижные бойницы пулеметов с возможностью изменения угла стрельбы. Узкие длинные окошки, прикрытые лепестками брони, виднелись всего в двух местах. Башня с боковыми пилонами. Чудовище…
– Шарнирное сочленение. – Хавьер тихонько подкрался к середине диковинного транспортного средства и откровенно любовался на какой-то узел, закрытый подвижными бронированными сегментами. – Разворот головной части на сорок пять градусов на месте… Madre de Dios!
