Потому как электронный партнёр ничего другого мне не простит. И не только потому, что близнецы выглядели второй нашей лазейкой к успеху, заметно более серьезной и потенциально полезной чем прекрасная леди Сегрейв и её очень богатая семья. В отличие от занимавшихся всем и ничем высокородных, эти дети происходили из достаточно богатых для нас промышленников-технарей и были мне обязаны много большим чем две красавицы. А ещё мы с Бунко могли им и их родне дать очень многое из того, чего не мог дать никто другой. Что лучше взаимной выгоды может быть фундаментом для долгого и плодотворного сотрудничества? Это, не считая того момента, что дети имеют нехорошую привычку, быстро расти.
Если не умрут вместе со мной внутри разрушенного остова космического корабля где-то посредине нигде. На орбите номерного красного карлика, у которого не факт что планетная система есть.
Даже относительно недолгое нахождение в замкнутом объеме спасательной капсулы — это прежде всего скука, но детишки держались просто отлично. Электроснабжение ячеек сохранялось, атмосфера присутствовала и даже контур искусственной гравитации я запустил, но Ева с Дереком в любом случае сохраняли присутствие духа, завидное многим взрослым людям.
Когда мы отоспались и отдохнули, чтобы не молчать, я вытащил из них немного подробностей о семье сумев удивиться ещё раз. Их погибший в бою отец оказался Бреттом Калленом, не последним акционером корпорации «Энигма Тех» и главным конструктором отличных боевых скафандров марки «Скат». Тут поневоле проснулась конспирология. Подумалось, что захват такого секретоносителя и специалиста даже сам по себе нападение на лайнер мог отбить. Это совершенно другой вопрос, что что у сэра Бретта яйца оказались из стали и живым он не дался.
Насколько я понял ответы детей в нашей осторожно-неспешной беседе, разница в возрасте между отцом и матерью у них была велика, отец жил работой, так что в семейных отношениях возник кризис. И чтобы его преодолеть, родители взяли семейный туристический тур на «Веронике».
Образовавшейся по понятной причине паузой воспользовалась Евочка. Шустрая девочка крайне технично для своих девяти лет сунула носик в то, чем я зарабатываю на жизнь, сколько выходит в год, хочу ли я изменить профиль своей основной деятельности, и, усыпив мою бдительность — кто такая Бунко, серьёзно ли у нас с ней и как моя девушка выглядит.
Это смотрелось так мило, что я не смог не подыграть, продемонстрировав близнецам скриншот аватары моего искина, в её впечатляющем образе девушки-вамп при 695-м «Гепарде». Оба-двое описались кипятком.
Сам я. сидя в капсуле расслаблялся. В плане спасения нас троих от меня уже ничего не зависело. Искать по кораблю людей в моей ситуации было лишним, подходы к нашей капсуле контролировал оставленный снаружи «Титан», эфир контролировался. Можно было посвятить некоторое время блаженному ничегонеделанию и моральному отдохновению в болтовне с детьми. Если сигнал бедствия «Вероники» был принят, а пропустить его ладно бы с запущенного мной маяка, так со сработавших по аварийным протоколам прочих было сложно, ожидать прибытия помощи следовало недолго. Ну в вероятность возвращения пиратов для полной зачистки остова лайнера от вещественных доказательств я считал нулевой. Вряд ли у его владельца был поблизости боевой корабль, способный разнести торпедами «Веронику» в лохмотья. Я бы сказал, что виденный мной МДК был самым главным корытом в его доках.
Легкий крейсер «Террор-098» позволил себя обнаружить близ лайнера через двое суток. Еще через сутки вокруг него было не протолкнуться.
— На как вы? — спросил я радостно завизжавших при виде меня близнецов и указав им на места за столом, извиняюще развел руками перед сопровождающей их лейтенантшей корабельной медслужбы. Столик стоял у стены. Спортивная рыжая девушка улыбнулась и кивнув мне, присела поблизости. Несмотря на свой гражданский статус, я носил «ключ» капитана космического корабля, что по традициям флота давало мне право быть гостем кают-кампании.Ну или принимать пищу в офицерской выгородке столовой «десантной» зоны большого десантного корабля «Сержант Виктор Кейн», пригнанного к «Веронике» для спасения её пассажиров.
— Хорошо! — малята шлепнулись задницами на стулья и наперебой начали делиться новостями. Родственниками мы с ними не были, брат и сестра пережили большой стресс, так что передаче их в ведение медиков БДК и проживанию в лазарете я не возражал. Детей возрастом от десяти лет и менее на «Веронике» выжило только пятеро. Более взрослых немногим больше. Мест на койках корабельного госпиталя хватило на всех.
— Психологи совсем замучили! — кривилась Ева. Дерек поторопился произвести заказ блюд, так что просто важно кивнул. Гревшая ушки девушка-медик чуть улыбнулась.
— Психологов до снятия с корабля придется терпеть, — покачал головой я. — Никакой врач на себя ответственность не возьмёт.
— Мы догадались уже! — хмуро буркнул Дерек.
— А вас они также мучают? — спросила Ева.