— Ноулз — фамилия нашей мамы, — вступилась на защиту брата Кьяра. — Джон говорит правду, Натали.
— А как же тогда получилось, что ветка Моретти держит в страхе Нью-Йорк? — самый сложный вопрос.
— Младший брат бабушки совсем с катушек съехал. Его лишили наследства. Тогда он подговорил нашего отца уехать в Америку, якобы чтобы учиться. Но на деньги бабушки, поддерживающей мстительный характер сына, построили очень доходный нелегальный бизнес. Сейчас он дорос до каких-то больших масштабов, которые никто не в силах контролировать, кроме нашего отца.
— Только сдерживать, — подытожила Натали.
— Верно. Там слишком много людей завязано, — он не смотрел ей в глаза. Стыдился. Своего прошлого, семейных передряг, которые заставили его делать незаконные вещи.
Натали пережила первый приступ гнева. Мысленно аплодировала себе.
В прошлые разы, когда она узнавала что-то подобное, она кричала, убегала и дралась. Сейчас спокойно и тихо воспринимала всю неприглядную правду о своем любимом. Она сделала выбор. Сказала ему, что будет рядом с ним, несмотря ни на что.
— Меня больше всего бесит, что ты выдаешь информацию о себе маленькими порциями. Уверена, мне предстоит узнать еще много всего, — Натали покачала головой, накрыв ладонью с кольцом его руку на столе. — Я не враг тебе, Джон. Заслоню собой, если понадобится, ты знаешь.
— Этого-то я и боюсь больше всего, Натали, — поморщился Джон, крепко сжав ее пальцы, удивив ее своим ответом.
* * *
Кьяра ждала дня памяти у Моретти с особым воодушевлением. Порылась в гардеробе Натали, не нашла подходящего платья.
— Это катастрофа, — с итальянскими эмоциями и жестикуляциями возмутилась Кьяра, завалив Натали на кровати более-менее подходящими нарядами. — Не то, не то!
— Джон, спаси меня! — прокричала в открытый кабинет Натали.
— Меня не втягивайте. Я — пас! — ухмыляющаяся физиономия ненадолго выглянула из-за двери, но тут же скрылась, когда в него полетела подушка.
— Я тебе припомню, — пообещала она.
— Джон, нам нужна машина с водителем, — потребовала Кьяра. — Мы едем по магазинам и в салон.
— Натали и так прекрасна, — попытался все-таки защитить ее Джон.
— Ты забыл, куда мы приглашены? Шокирует тетушку Клаудиу вот тем прозрачным платьем с попугаем?
— Меня все устраивает, — Джон не видел в этом ничего плохого. Ему нравился гардероб Натали, который он лично подбирал для нее под чутким руководством Лорен Лагранж, хотя ни разу не признался в этом любимой.
— А как же Стефания? Позволишь своей невесте предстать перед ней в пляжном наряде? Нет-нет. Натали должна быть во всей красе, чтобы ни у кого сомнений не осталось, что перед ними — твоя королева.
Натали едва улавливала смысл быстрой речи Кьяры. Но Джон с тоской выглянул к невесте. Он проиграл.
— Прости, любимая, но моя сестра, как бы мне это не было прискорбно признавать, права.
Он успел спрятаться от второй подушки.
Кьяра провела ее по лучшим магазинам, но все время ворчала, что нужно было ехать в Милан пораньше. Наконец-то они нашли то самое платье.
— Идеально, — согласилась с выбором консультанта Кьяра, глядя на Натали. Дресс-код мероприятия обязывал всех членов семьи надеть черное. У мужчин даже рубашки черного цвета. Натали смотрела на себя в зеркало и с удивительным спокойствием размышляла, куда ее завела жизнь. Едет на семейный сбор клана Моретти. Невеста Дракулы прям.
Кьяра с одним платьем от нее не отстала. Выбрала с ней парочку костюмов, летние брюки и блузки и даже белье.
— Иногда я чувствую себя трофеем, переходящим из рук в руки. Из разряда, кто меня лучше оденет, — проворчала Натали. Сама-то она предпочитала простые слаксы или джинсы, футболки и свитера с кроссовками, хотя бабушка всегда ворчала по поводу ее вкуса в одежде. И вот свершилась мечта всего ее окружения — ее наряжали как принцессу.
— А я рада, что тебе нравится мой выбор, — Кьяра, такая улыбающаяся, яркая и эмоциональная не могла оставить ее равнодушной.
— Знаешь, у меня недавно появилась сестра. Близнец, представляешь? Как в худших мыльных операх, — Натали говорила, что чувствовала. — Но ты мне гораздо ближе. И я рада, что мы скоро породнимся.
Кьяра расчувствовалась, и крепко обняла Натали.
— Понимаю, почему Джон полюбил тебя, — прошептала она. — А в благодарность за то, что ты делаешь для моего брата, я буду самой преданной и родной сестрой для тебя, о какой ты могла только мечтать.
После еще нескольких магазинов, Кьяра и Натали пообедали в одном кафе и отправились в салон красоты. В Натали что-то втирали, чем-то брызгали, делали массаж, пилинг, эпиляцию и что-то еще для тела и лица, а потом занялись волосами, сделав их идеально гладкими и блестящими. Кьяра договорилась с лучшими стилистами Палермо об утреннем макияже и прическе у них дома перед вылетом. В салоне и магазинах Кьяра снимала шутливые селфи и конечно выложила их у себя на странице с подписью: “Besties”.
К вечеру перед Днем Памяти Натали совсем вымоталась от жары.
Джон продолжал беспокойно смотреть на нее, но молчал и ни о чем не спрашивал.
