– Ты не могла исцелить ее раны, а теперь снова не можешь помочь!
Они смотрели друг на друга, дрожа от гнева и от боли. Мередит первая отвела глаза:
– Прости меня. Я не имела права.
– Увы, Мередит, я не всемогуща. А как бы мне хотелось этого…
Их перпалка разбудила Алекса, он поднялся и подошел к ним, потягиваясь и почесываясь.
– Пора бы уж… – Он посмотрел на Снейк с Мередит, потом оглянулся на Джесс: – О боги!..
Из отметины на лбу Джесс – там, где его коснулась ладонь Снейк, – сочилась кровь.
Алекс кинулся к Джесс, пытаясь обнять ее, но Снейк твердо преградила ему путь. Он попытался отшвырнуть ее.
– Алекс, я едва дотронулась до нее. Ты не сможешь помочь ей этим.
Он непонимающе уставился на Снейк:
– Тогда как?
Снейк покачала головой.
Слезы хлынули у него из глаз. Алекс вырвался из рук Снейк.
– Это нечестно! – Он опрометью бросился вон из палатки.
Мередит рванулась было за ним, потом помедлила у входа и вернулась.
– Он не в состоянии понять. Он еще так молод.
– Он в состоянии понять, – ответила Снейк. Она отерла кровь со лба Джесс, стараясь не давить и не тереть кожу. – И он прав: это действительно нечестно. А что вообще честно в этом мире? – Снейк оборвала себя, стараясь не вылить на Мередит собственную горечь по поводу утраченных Джесс шансов, украденных несправедливым роком и уничтоженных безумием ушедших поколений.
– Мерри? – Джесс ощупала воздух дрожащей рукой.
– Я здесь. – Мередит потянулась к Джесс, но окаменела, страшась притронуться к ней.
– Что случилось? Почему я… – Она медленно моргнула, ее глаза налились кровью.
– Полегче, – прошептала Снейк. Мередит обхватила пальцы Джесс ладонью – мягче, чем голубиное крыло.
– Нам пора? – В нетерпение Джесс примешалась нотка ужаса, нежелание понять и признать, что что-то неладно.
– Нет, любовь моя.
– Так жарко… – Джесс попыталась приподнять голову, перемещая тяжесть тела. И замерла, задохнувшись от боли. Мозг Снейк автоматически выдал информацию – бесстрастный роботоподный анализ ситуации, который в ней тренировали годами: кровоизлияние в суставные сумки, общее кровотечение – значит, и в мозг?
– Раньше так не болело. – Джесс смотрела на Снейк, стараясь не двигать головой. – Это что-то другое, гораздо хуже.
– Джесс, я… – Снейк почувствовала вкус соли на своих губах и только тут поняла, что плачет. Соль смешалась с песком и пылью пустыни. Она закашлялась. Алекс вполз в палатку. Джесс попыталась еще что-то сказать, но только ловила воздух ртом.
Мередит схватила Снейк за руку. Снейк почувствовала, как острые ногти впились в ее кожу.
– Она умирает.
Снейк кивнула.
– Целители знают, как облегчить, как…
– Не надо, Мередит, – прошептала Джесс.
– Как облегчить боль.
– Она не может…
– Одну из моих змей убили, – сказала Снейк громче, чем намеревалась, вне себя от горя и ярости.
Мередит больше ничего не добавила, но Снейк и так поняла, что та хотела сказать: «Ты не могла помочь ей выжить, теперь ты не можешь помочь ей умереть». Снейк невольно опустила глаза. Она заслужила это обвинение. Мередит отпустила ее и направилась к Джесс, склонившись над ней, как огромный демон, отгоняющий теней и чудовищ.
Джесс потянулась, чтобы дотронуться до Мередит, и резко отдернула руку. Она смотрела на свою ладонь, где между ее натруженными мозолями стремительно растекался синяк.
– Почему?
– Это все та война… – сказала Снейк. – В кратерах… – Голос у нее сорвался.
– Значит, это правда, – вздохнула Джесс. – Моя семья верила, что земля за пределами Города несет смерть, но я думала, что они лгут. – Глаза ее затуманились. Она моргнула, посмотрела на Снейк, но, словно не видя ее, моргнула опять. – Они так много лгали. Лгали для того, чтобы воспитать детей в послушании.
Джесс снова умолкла, лежа с закрытыми глазами, мышцы ее обмякали одна за другой, словно сам процесс расслабления был мучительной агонией, которую организм не в силах вынести разом. Она все еще была в сознании, однако уже не реагировала на окружающее – ни взглядом, ни улыбкой она не отозвалась, когда Мередит погладила ее по ярким волосам и села так близко, чтобы только не касаться ее тела. Кожа Джесс была иссиня-бледной между багровыми синяками.
Неожиданно она завизжала. Руки ее метнулись к вискам, ногти вдавились в кожу. Снейк схватила ее за руки, пытаясь оторвать их от головы.
– Нет… – простонала Джесс, – о нет, оставьте меня, оставьте… Мерри, как же мне больно! – Беспомощная от слабости, еще несколько минут назад Джесс сопротивлялась с лихорадочной силой. Снейк старалась тихонько усмирить ее, в то время как бесстрастный внутренний голос произнес диагноз: аневризма сосуда. В ослабленном, отравленном радиацией мозгу Джесс медленно взрывался кровеносный сосуд. Следующая мысль Снейк явилась непроизвольно и страстно: Господи, сделай так, чтобы он лопнул быстрей и сильней – и убил ее сразу.
