— С того, что я наполовину человек так же, как и наполовину фэйри. Ты ведь сам сказал, что предпочитаешь не смешивать.
— Именно. Как это связано с презрением? Я лишь хочу сохранить свои корни. Это преступление? Арестуй меня!
Отношение чистокровных к полукровным и людям — мой личный криптонит. Келли не раз упрекала, что на эмоциях я теряю горизонт и часто вижу то, чего нет. Ей не понять. Когда на тебя смотрят сверху вниз с самого рождения, то радар сбивается, и презрение мерещится даже там, где его нет. Ты начинаешь стрелять наугад, словно с завязанными глазами. Привыкаешь ощетиниваться и, почуяв жаренное, первой наносишь удар. Многие видят в подобном дерзость, а в действительности под этим прячется лишь страх маленькой девочки, над которой смеялись дети-фэйри. Так мне сказала моя психотерапевт, а я склонна верить дамам в очках.
И вот мы подходим к пешеходному переходу, где зелёный свет сменяется красным.
Кайден заносит ногу над асфальтом, и я резко останавливаю его на краю, положив ладонь на грудную клетку.
— Пррр, ковбой! Жить надоело?
Машина проносится мимо, и принц в недоумении провожает её взглядом. Кто-то задевает меня плечом, и я чувствую мурашки в области затылка. Эффектная фэйри в блестящем коротком платье на высоких каблуках маневрирует между тормозящими авто, и водители сигналят ей с нескрываемым недовольством. Она отстраняется от телефона и награждает разъярённых людей россыпью воздушных поцелуев. Незнакомка оборачивается к нам и замедляет шаг, от чего ещё больше злит автомобилистов. Или они уже и не прочь.
— Пардон, — шепчет мне одними губами девушка и выкрикивает: — Очаровательный прикид, бонита! — Она игриво подмигивает и вновь возвращается к собеседнику на линии, преодолевая проезжую часть. — У меня всего полчаса на обед, чика, а я уже опаздываю. Пришлось выйти за кофе. Только не говори Мусэ, но варит он кошачью мочу, а не зёрна. Этим только пытать!
Я оттягиваю футболку вниз и пытаюсь прикрыть кепкой глаза. Коснувшись воздуха, с разочарованием обнаруживаю, что оставила головной убор в офисе. Кепка и очки — незаменимые спутники в моей жизни. Без них я чувствую себя раздетой.
Кайден прокашливается, и я вспоминаю про вторую руку. Ладонь всё ещё лежит на его груди. Тут же одёргиваю её как от огня, развеивая дым смущения.
— Возможно, ты в чём-то права, — внезапно выдаёт он.
— Что?
Его брови ползут в парном танце за уголками губ.
— Опять не расслышала? Беспокоюсь за твой слух, полукровка. Знаешь, мне говорили, что у вас неплохо развита медицина. Слуховые аппараты нынче…
— Шшш! — Прерываю я попытки самоутвердиться, помахав практически возле его носа. — Продолжи с той части, где ты говоришь, что я права.
На секунду моя дерзость отражается на застывшем лице фэйри, но он с филигранной точностью скрывает удивление под очередной ухмылкой. Пора ставить счётчик.
Этому учат при Дворе? А онлайн курсы у них есть? Возьмите мои деньги!
— В чём-то права, — исправляется он и поясняет: — Я действительно недолюбливаю людей из-за ряда вещей, однако это не означает, что ненавижу тебя или тем более ставлю ниже. Я не твой принц, милая. Поверь, я прекрасно отдаю себе отчёт в этом. — Он поднимает руки в капитуляции. — Именно поэтому сегодня на мне нет короны, хоть тебе и могло показаться иначе из-за манеры общения. Признаю, язвительность в разговоре переходила допустимые рамки. Виной всему мои мысли о брате, а твоя болтовня не даёт мне сосредоточиться на них. Впрочем… — Кайден отводит взгляд и продолжает: — Это не так уж и плохо.
Я чувствую неловкость и пытаюсь вывести всё в шутку:
— Вау! Почти что извинение.
— Почти, — улыбается он.
Мы на короткий миг пристально смотрим друг друга, и этого хватает, чтобы почувствовать проклятое смущение. Я предпочитаю не фокусировать внимание на багах моего мозга и отворачиваюсь к дороге. Загорается зелёный, и я радостно хватаюсь за него, как за круг, брошенный утопающему.
— Пошли.
И он идёт. Оставшийся путь мы снова не разговариваем, и, похоже, в этот раз нас обоих это вполне устраивает.
Наконец перед нами открывается вид на ворота Чайна-тауна.
Между двумя сторонами улицы возвышаются триумфальные деревянные ворота из дерева — пайлоу. Они огромны и кажется, что достают до неба. Два красных столба опираются на каменные основания и соединяются друг с другом балкой. Верхняя часть покрыта черепицей и причудливыми мифическими чудовищами. Боковые балки врезаются прямо в многоэтажные здания. Будто два живых организма, человеческий мир и волшебный, вросли друг в друга и ассимилировали. В самом верху красуется неоновая надпись на латыни:
Omnes una manet nox
«Всех ожидает одна ночь.»
Я и Кайден стоим, задрав голову, и смотрим на китайское изваяние. Каких-то пару метров отделяют нас от квартала.
— Готова?
Принц поворачивается и выжидающе смотрит. В его тёмных глазах пляшут озорные искры, а улыбка обещает захватывающее приключение. Мне бы его настрой. Жуткие истории об этом месте и заголовки из газет не дают покоя.
— Нас точно убьют, а тела найдут на дне озера Мичиган, — выпаливаю я.
Кайден бодро шагает вперёд.
