Эмир — столица Светлого Двора. В самом его центре на холме возвышается дворец короля. Ниже расходятся лучами улицы, где в самой дальней части проживают менее обеспеченные фэйри. Жить под стенами Его Величества — привилегия высших слоёв.
За городом в областях раскинуты мелкие поселения, а ближе к Ничьей земле — десятки деревень. У самого же моря располагается портовый город Фьёр. Он единственный может похвастаться хоть сколько-нибудь прохладным климатом. Летом ветра несут волны к берегу, а к зиме накрывают территорию с материка. В остальной же части преобладает скалисто-степная местность, переходящая в пустынные барханы.
— А сколько гостей пришло, минуя Распутье?
— Около сотни.
Всего-то.
Вздыхаю и возвращаюсь к списку тех, кто перемещался через Распутье:
— Здесь имена из обоих Дворов с отметками. Что они значат?
— Несколько светлых, чей срок пребывания при Тёмном Дворе подошёл к концу, и они вернулись домой. На пире был лишь один из них, и то с алиби. Семеро других, уже моих подданных, тоже пришлось отмести. Одни вышли за пределы дворца до случившегося, а к другим почти не подкопаешься.
Почти.
— Какое же у всех алиби?
— В основном их непричастность подтвердили другие фэйри, которые провели с ними ночь после празднества. Не то чтобы я доверяю их словам. В любом случае ими занимаются девы Ордена. Они дадут знать, если на допросе что-то пойдёт не так.
Как скучно я живу…
— На них применяют чары Правды?
— Вынужденная мера. Большинство воспринимает такой напор как оскорбление, но дело короны важнее их чувств. То, что Светлый позволил нам провести процедуру и с его подданными, даёт надежду на сотрудничество в дальнейшем.
— А та сотня гостей тоже попадает под допрос?
— Ими займутся в порядке очереди. Кого-то опросят быстрее, кого-то позже. В зависимости от мотивов и возможностей каждого. — Кайден качает головой. — У нас нет столько времени. Убийца бежит быстрее нас. Чтобы его нагнать, нужно искать обходные пути. Для этого ты здесь.
Я киваю, пытаясь структурировать свалившуюся кучу информации. Переживания отца заимели под собой основание. Для работы в поле мне действительно не хватает знаний и опыта. Ощущаю себя девчонкой, которую учат матчасти. Как же неловко!
— Выходит, что убийца из Светлого Двора, с окраины или из самого сердца замка, — подытоживаю всё вышесказанное.
— Да. Или кто-то хочет нас в этом убедить, наняв кровавую руку.
Вспоминаю, что в помещение мы не одни. И хоть хранитель сказал, что всё останется здесь, я с подозрением кошусь на него.
— Эм, не опасно ли говорить о деле… тут?
— Нет. Чары не позволят ему вынести ни единой буквы, сказанной или услышанной здесь. — Кайден с недовольством оглядывает бледного фэйри. — Девушке нужна печать на две недели с возможностью свободного перемещения между Дворами. Под мою ответственность.
Хранитель моргает несколько раз, затем резко вскакивает с места и чуть ли не бежит к закрытому шкафу с замочной скважиной. Из-под рубашки он достаёт золотой ключ и открывает им дверцу. После чего проходится сверху внизу по полкам и радостно вскрикивает, найдя, по всей видимости, нужное. Довольный фэйри возвращается к нам с печатью и бутыльком чёрно-золотистых чар внутри. Большим пальцем он подцепляет пробку, и та с хлопком отлетает. Брызги оставляют следы на его белоснежных рукавах-фонариках. Небольшой слой пыльцы падает с печати, когда мужчина трясёт ёмкость.
— Руку, пожалуйста.
Я неохотно протягиваю.
Быстрым движением печать касается кожи, оставив на ней символы. Я верчу руку, чтобы рассмотреть их ближе, но они уже исчезли.
— Неделя при Светлом Дворе. Неделя при Тёмном. При каждом перемещении не забывайте отмечаться.
— Хорошо.
— Идём, Фэй.
Принц поднимается из кресла, и я смотрю на него снизу вверх.
— К Светлому?
— Нет. Сначала домой. — Кайден расправляет невидимые складки на одежде и выпрямляет спину. — Дом, милый дом.
Когда я ступаю через Тропу вслед за Аваро на твёрдый пол, яркий свет ударяет мне в лицо, вынуждая опустить козырёк кепки. Ядерный аромат благовоний и жжёных свечей витает в неспокойном от ветра воздухе, и чувство тревоги следует за мной по пятам. Кажется, что будь я одна, меня бы тотчас утащила сама тьма, которая не смутилась бы перед ясным днём.
По крайней мере, так я представлю Тёмный Двор: внушительные просторы, извергнутые остальным волшебным миром за их коварство и распутство; каменный дворец из крови, извести и слёз.
Рациональная часть меня понимает, что это придумки.
Сегодня на мне любимая футболка с надписью «Nasa»: пережившая сотню стирок, и от этого изрядно выцветшая. Я достаю из кармана джинсов очки, протираю их о ткань, и, надев, перестаю щуриться.
— Добро пожаловать в Меру — столицу Тёмного Двора, — торжественно сообщает мне Кайден, и я оглядываюсь.
