Я шумно выдохнула и уткнулась в мужскую шею. В последние дни я прописалась в его кабинете. Потихоньку помогала с делами секретаря, другого начальник так и не нанял, поэтому приходилось разгребать завалы самим. Впрочем, мы с Мортимером были не против. Еще одна возможность побыть вдвоем и ни перед кем не оправдываться.
– Сегодня придет мама, – вдруг произнес он, и у меня от страха зашевелились волосы на макушке.
– Куда? Сюда?!
Смущение мигом сдуло. Появилась собранность, мышцы самопроизвольно напряглись, осанка как кол.
– Яна, надо сказать ей правду о нас.
– Не-е-ет! Даже не думай! – я вскочила и начала судорожно приглаживать топорщащиеся волоски. – Давай сначала найдем Тони, а уже потом все остальное. Не стоит утруждать женщину дополнительными переживаниями.
– Утруждать? – усмехнулся Мортимер. – Это не про мою маму.
– Почему ты так холоден с ней? Почему сам не стал заниматься пропажей родственника? Он ведь и твой брат тоже.
– Мама раздувает из мухи слона, я уверен в этом.
Я прищурилась.
– Но мне ты расследовать не мешаешь!
– Знаешь, как говорят, чем бы дитё ни тешилось…
И прежде чем я разозлилась не на шутку, дверь его кабинета распахнулась.
– Добрый вечер! – громко поздоровалась Элоиза Скотт.
Как горный сайгак, я отпрыгнула от Мортимера на безопасное расстояние и в ужасе посмотрела на его мать.
Гостья моего побега не заметила, прошлась вперед и бесцеремонно уселась в кресло детектива.
– Как хорошо, что Яна тоже здесь. У меня накопилось много вопросов. Как продвигается расследование?
– Ты как всегда вовремя, мама, – съязвил Мортимер, но госпожа Скотт пропустила колкость. – Яна как раз хочет тебе что-то сказать.
Он сложил руки крест-накрест и в ожидании посмотрел на меня.
– Д-да… Точно… – я будто забыла, как разговаривать. Открывала рот, а звуков не произносилось.
Поняв для себя, что это дохлый номер, я сказала другое:
– Вместе с Тони за последние девять месяцев пропали еще пятеро. Всего шесть человек, включая Тони.
Госпожа Скотт схватилась за сердце.
– Прямо сейчас мы разрабатываем версию, что эти исчезновения связаны, хотя пока результатов мало. Если связь не найдется и фактов окажется недостаточно, то расследование придется начинать сначала. Мы работаем, госпожа Скотт.
– Спасибо за честность, дорогая, – кивнула госпожа Скотт. – Это то, что вы хотели сказать?
Я прямо чувствовала, как ноздри мужчины вздымаются за моей спиной.
– Да, – пискнула, не поворачиваясь. – Только это.
– Рада, что расследование сдвинулось с мертвой точки. Теперь я могу ненадолго расслабиться. Сегодня я организую благотворительный вечер со сбором средств для бедных.
– Вы помогаете бедным? – искренне удивилась я.
Элоиза Скотт метнула на меня строгий взгляд, и я поняла, что мое удивление, пожалуй, было слишком сильным, даже обидным.
– Да. Я отчасти уважаю стремления и упорство бедных. Без поддержки всё их упорство бесполезно. Наверное, в этом мой кармический смысл – помогать убогим, чтобы они не захлебнулись в собственных амбициях и невыполнимых желаниях.
У-у-у! Холод пробрал лопатки.
Больше я ее ни о чем не спрашивала. Пусть Мортимер сам с ней разговаривает. Казалось, что бы я ни спросила, все сводилось к описанию ее превосходства над другими. Как она смогла воспитать Мортимера адекватным – оставалось загадкой.
Чем больше я находилась в ее обществе, тем больше привыкала к громкому голосу, тяжелому взгляду сверху вниз. Несмотря на характер, эта женщина всерьез переживала о племяннике. Когда она говорила о нем, в голосе проскальзывали тонкие нотки, которые она пыталась заглушить последующим громким кашлем.
Собрав в голове все ниточки, я начала думать.
Двое магов, плюс четверо обычных людей пропали за последние девять месяцев. Об их жизни ничего не известно, люди-невидимки, о которых не интересовались даже родственники. Всего шесть.
Ответ напрашивался только один.
– Госпожа Скотт, – вдруг произнесла я. – Скажите честно, Тони был магом?
– Он был магом?! – лютовал Мортимер. – Почему ты мне не сказала?
Госпожа Скотт с провинившимся выражением лица оправдывалась перед сыном.
– Жанна просила не рассказывать… Тони и без того в обществе было несладко, он с детства мальчик необщительный, замкнутый, общался только со своим жучком-паучком. Мы не хотели навлекать на него повышенное внимание.
– Фамильяр Тони – жук? – переспросила я.
– Ох, не помню, я видела-то его краем глаза. Тони его никому не показывал, боялся. Какое-то маленькое насекомое размером с ноготь.
– Интересно, – пробормотала я. – Выходит, трое из шести пропавших – маги. Нужно проверить остальных.
– Яна, ты уверена в своей версии? По-моему, ты цепляешься за соломинку.
Я резко развернулась.
– Интуиция редко меня подводит, но даже если не брать ее в расчет, то трое из шести – это уже весьма значительный аргумент, чтобы начать копать в этом направлении.
Подобрав свои вещи, я направилась к выходу.
– Будь осторожна, – прошелестел голос Мортимера вдогонку.
