Я ее не слушала, лишь отмахнулась от удерживающей руки. Вокруг нас начали собираться любопытствующие. Внимание лицеистов придало мне сил и куража. Я, не стесняясь, запустила вокруг себя несколько нитей, возобновляя запас энергии, и снова посмотрела на Олега. Он не выдержал и раздраженно бросил:
– Ну так чего ты от меня хочешь?
– Покорности, – сладко пропела я, чем ввела в ступор всех окружающих, включая ойкнувшую от неожиданности Ксюшу. За спиной раздались редкие смешки, попытался ухмыльнуться и сам Олег, но я не позволила ему наглеть: опутала нитью, пресекая попытки от нее избавиться, уставилась прямо в глаза, сминая, лишая воли, ломая. По коридору, всколыхнув шторы, пронесся порыв ветра, а я прошипела:
– На колени!
Олег пытался сопротивляться, но все же не справился и рухнул у моих ног, а я, наклонившись к его уху, шепнула:
– Я твоя королева, а ты – слуга. Верный и преданный. С этого момента ты на моей стороне. Всегда.
Отшвырнув коленопреклоненного парня, я резко развернулась и пошла прочь, игнорируя удивленные взгляды. Моя разительная перемена не осталась незамеченной, лицеисты перешептывались за спиной, но меня это не трогало. У двери в столовую я заметила Яна: блестящие, убранные в хвост волосы, светлые джинсы и узкая, облегающая майка. Мне совершенно не нравилось то, что я стала замечать, как он одет. Влада рядом с ним не было, но я и не хотела бы, чтобы он видел мое представление. Ян тоже тут лишний, но от него уже не избавишься. Придется терпеть.
Парень направился в нашу сторону. Его взгляд не предвещал ничего хорошего. Я приготовилась к очередному конфликту, тем более на лучшего друга Влада у меня тоже имелся зуб, но заметила, что по коридору от своего кабинета к нам стремительным шагом направляется Елена Владленовна.
– Алина Крылова! Ко мне в кабинет, быстро! – гаркнула она и уставилась на меня немигающими ярко-зелеными глазами. Елена Владленовна была зла, точнее, в бешенстве, но, как ни странно, меня это веселило.
Еще неделю назад мое сердце ушло бы в пятки, но сейчас я чувствовала себя всемогущей и совсем не боялась. Наоборот, получала удовольствие и от происходящего, и от ощущения собственной безнаказанности.
– А если я не хочу никуда идти? – Я приторно улыбнулась и с ненавистью посмотрела на помощницу директора.
– Не выступай передо мной! – зашипела рыжеволосая нагайна, презрительно сузив глаза. – За мной, быстро!
Я хотела встать в позу, но потом вспомнила про Яна. Сейчас он стоял рядом с Ксюхой, и я видела, что к моей подруге тянется нить, восполняющая запас энергии, который я изрядно опустошила. Смотрел при этом парень на меня, и его взгляд пугал. Выбирая из двух зол, я предпочла меньшее и, демонстративно улыбнувшись Яну, отправилась за Еленой Владленовной «на ковер».
Елена Владленовна неслась по коридору с такой скоростью, что я едва за ней успевала на своих двенадцатисантиметровых шпильках. Кураж прошел, пыл поумерился, и я уже немного жалела, что повела себя столь агрессивно и вызывающе. Не то чтобы мне стало стыдно, просто разговор с помощницей директора не сулил ничего хорошего. Не хотелось выслушивать нравоучения и вопли, но сейчас их было не избежать.
– Ты что себе позволяешь! – завопила Елена Владленовна, словно пароходная сирена, едва за моей спиной закрылась дверь кабинета. – С ума сошла? Мало того что вырядилась так, словно собралась в клуб, а не на занятия, так еще и устроила целое представление в коридоре. О чем ты вообще думаешь?
– Ни о чем, – честно призналась я и плюхнулась в темно-коричневое кожаное кресло, предназначенное для гостей. Я знала, что лицеистам сидеть в нем негласно запрещалось, именно поэтому и выбрала его. Вид разгневанной Елены Владленовны забавлял, как и тот факт, что она ровным счетом ничего не может мне сделать. Только злиться и орать. Сегодня перевес на моей стороне.
– Оно и видно, что думать ты перестала! – раздраженно бросила Елена Владленовна и, выдохнув, достаточно спокойно произнесла: – Алина, ты не должна вести себя подобным образом.
– Почему? – Я развлекала себя тем, что наматывала на палец блестящую гладкую прядь светлых волос. После ритуала они стали выглядеть здоровее и гуще. Даже секущиеся кончики исчезли. Стала лучше кожа, а глаза, кажется, – чуть больше. Нагайны действительно красивее обычных девушек. Еще один плюс моего нынешнего положения. Зря я раньше расстраивалась и сопротивлялась. Быть нечеловеком чертовски привлекательно.
Елена Владленовна распиналась передо мной и заливалась на все лады, пытаясь объяснить, как тяжело жить на свете нагу, как важно хранить тайну и вести себя прилично… Как будто меня это интересовало!
Я рассматривала за окном солнышко, проглядывающее сквозь тучи. Изучала строгую обстановку кабинета и неуместные тонкие нити паутины в уголках окна. Я не любила паутину, она портила вид даже в самой убранной на первый взгляд комнате, поэтому заметила:
– Елена Владленовна, вы бы хоть окошечки помыли, что ли? А то скоро и сами паутиной зарастете.
