Во-первых, то, что всерьез думаю над его предложением. Идея посещать танцевальную студию уже не казалась глупой, я действительно хотела еще раз испытать нечто подобное. А во‐вторых, мне не хватало его теплых и уверенных рук на талии, и это настораживало.
Мы танцевали почти до утра. Перед глазами смешались лица и неоновые вспышки. Разнообразие звуков било по нервам. Удобные поначалу сапоги на высоченной шпильке превратились в пыточный инструмент, но я все не могла остановиться, с ужасом понимая, что совсем не похожа на себя прежнюю. Мне хотелось танцевать до упаду и идти в танцевальную студию. Мне нравилось ловить на себе восхищенные взгляды, и не только Влада, но и других парней. Я с наслаждением дарила улыбки и блистала в клубе. Я хотела вернуться сюда и знала, что обязательно расскажу Ксюше о том, где была, чтобы увидеть в ее глазах зависть… Я сама не заметила, как превратилась в Веронику. Именно поэтому получала удовольствие от того, к чему всегда была равнодушна, и именно поэтому то и дело бросала косые взгляды на гибкую, худощавую фигуру Яна. Мне не свойственна ветреность, коварство, язвительность. Но Ксюша права: я превратилась в настоящую змею. Ту, которой всегда была Вероника.
Я вернулась под утро, переполненная чужой жизненной силой и эмоциями. Мы подъехали к лицею в мутной морозной дымке осеннего рассвета. Сонный охранник на проходной, к моему удивлению, не задал ни одного вопроса, будто лицеисты ежедневно уезжают гулять на всю ночь. Кажется, я начала входить во вкус новой жизни и открывшихся привилегий.
Шины внедорожника Яна прошуршали по тонкой ледяной корке на лужах: нападавший с вечера снег снова стаял и замерз под утро на аллее, ведущей ко входу в лицей.
Я отчаянно зевала и, махнув на прощание рукой парням и Яне, отправилась к себе в комнату, размышляя над тем, как быстро прошла наша отчужденность. По дороге домой я уже не чувствовала себя посторонней, даже Яна казалась мне милой и общительной. Возможно, таково действие клуба бога любви Камы. Побывав там, раскрепощаешься и перестаешь комплексовать по пустякам.
В коридоре уже попадались редкие сонные лицеисты: кто-то провинился перед преподавателем и уныло брел на первую пару отрабатывать долги, кто-то торопился в спортзал или в столовую, а я еще только собиралась лечь спать.
– Ты откуда это? – позевывая, спросила меня одногруппница Светка.
Я не стала отвечать. Лишь неопределенно пожала плечами, загадочно улыбнулась и отправилась дальше, почувствовав любопытный взгляд.
Говорить ни с кем не хотелось, да и рассказывать было нечего. Не сообщать же, что я всю ночь тусовалась в клубе, когда всем остальным не разрешено даже домой на выходные съездить. Странно, но я не испытывала никаких угрызений совести по поводу того, что мне позволено значительно больше, нежели другим. С некоторых пор это казалось нормой, и лишь иногда в душу закрадывался червячок сомнения, который противным голоском нашептывал мне на ухо, что я не приобрела новые возможности, а потеряла себя.
– Зачем ты ушла без меня? – Ян догнал меня уже в подземном переходе. – Лучше бы позвала Влада, но не шла одна.
– А что такого? – Я беспечно пожала плечами.
– Они следят за тобой! Неужели ты этого не слышишь? Как ты можешь не чувствовать их присутствия? Они же везде. Ждут, когда ты окажешься одна и без защиты. Уже забыла, чем едва не закончилась ваша прошлая встреча?
– Я не могу постоянно быть с тобой, – возразила я.
– И не нужно. Просто всегда находись на людях. Ладно?
– Как можно защититься от дакини? – Я проигнорировала просьбу Яна.
– Никак, – пожал плечами он. – Только победить в честном бою. Но не думаю, что тебе это под силу.
– То есть при нашей следующей встрече я не выживу?
– Всегда беги на улицу. Если не останется выхода, прыгай в окно. Они не любят холод, он для них не смертелен, но, по крайней мере, неприятен. Там у тебя больше шансов выжить.
– Утешил, – невесело подытожила я и подошла к своей двери.
– Можешь идти, в комнате Ксюха, – бросила я через плечо, обращаясь к своему спутнику, но его и след простыл. Я решила не удивляться подобным странностям. Ян был непредсказуем.
Я осторожно дернула за ручку двери – заперто. Порывшись в карманах, достала ключ и, стараясь не шуметь, аккуратно вставила его в замочную скважину. Давным-давно я не чувствовала себя такой безгранично счастливой и отдохнувшей.
За эту ночь произошло много событий, но мне было важно лишь то, что я вволю повеселилась, об остальном думать не хотелось. Я мечтала растянуться на своей кровати и уснуть, радовалась гудящим ногам, шуму в голове и тому, что завтра суббота, а значит, пар с утра нет. Можно не торопиться вставать и спать до обеда, а лучше – до ужина. Что может быть прекрасней после бессонной ночи?
