Наверное, я бы бросила все, но выбраться из этого странного места по собственной воле просто не могла. Я должна была сделать то, зачем пришла. Отдать Веронике ее силу. Только вот как?
Я попыталась найти в переплетении цветов те оттенки, которые принадлежат Веронике, осторожно отделить их от своих красок и направить в сторону серого облака, но не смогла. Только сильнее запуталась в потоках воздуха.
Отчаяние накатило с новой силой. Если бы я могла рыдать, то слезы лились бы уже в три ручья. Было очень страшно. Вдруг я не только не смогу помочь Веронике, но и потеряюсь сама? В итоге после ритуала будут две умалишенные девицы вместо одной. Зачем я вообще ввязалась во все это? Я же практически ненавидела Веронику, когда она была нормальной. К чему возвращать соперницу из небытия?
«Это правильно», – шепнул внутренний голос, и я была вынуждена с ним согласиться. Страх полностью раствориться в пугающем нематериальном мире придал сил. Я вспомнила слова Елены Владленовны о том, что основное отличие королевы нагов от обычной нагайны в возможности управлять ветром. Стихией, которой я так и не научилась пользоваться.
Закрыв глаза, я представила его порывы, мощные струи воздуха, гонящие по сухому асфальту рассыпанное золото осенней листвы. Сначала ничего не происходило, но потом стихия наконец смирилась и отозвалась. Я почувствовала, что из аморфного газообразного облака превращаюсь в смерч, который закручивается в спираль и сметает серый лабиринт, утягивая призрачные стены, перемешивая серое сознание Вероники с цветным моим.
Ветер нарастал, рвал окружающее пространство в клочья. Моя душа выворачивалась наизнанку. Я разлетелась на миллиарды кусочков. Покружив в воздухе, они собрались воедино, перекроив мое сознание и личность. То же самое происходило и с Вероникой.
Серое облако, смешавшись с моим, обрело цвет. Бушующий вихрь разбросал клочки разноцветного тумана, и я увидела, как передо мной формируется переливающаяся цветная субстанция – полноценная личность.
Ветер медленно, словно нехотя, утихал. Он в последний раз промчался по иллюзорному миру. Я ощутила его дуновение на своей уже реальной щеке и поняла: он уходит навсегда. Это плата за совершенное действо и мое избавление.
Я открыла глаза и с ужасом поняла, что в реальности не ощущаю никаких изменений. В отличие от ритуала, в результате которого я превратилась в нага, сейчас не было ни боли, ни страха, ни вообще каких-либо неприятных ощущений. Конечно, сон был на редкость тяжелым, но сейчас он воспринимался исключительно сном. Если бы не улыбка на лице Яна, придерживающего меня за плечи, я бы вообще решила, что наша задумка не увенчалась успехом.
– Ну что? И снова здравствуй, голубоглазка, – улыбнулся он.
Я попыталась встать. Вот тут-то и поняла, что передача силы не прошла бесследно. Руки и ноги меня не слушались, а голова кружилась.
Видя мои затруднения, Ян помог приподняться, и я с трудом отдышалась.
Вероника еще спала. Словно поймав мой взгляд, она медленно открыла глаза, и я заметила сверкнувшую изумрудным радужку – девушка снова стала сама собой. Влад заметил, что она пришла в себя, и наклонился, осторожно поддерживая ее под голову.
– Пойдем, – тихо сказал Ян и осторожно поднял меня с дивана, помогая устоять на дрожащих ногах. – Алина, им нужно поговорить. Давай не будем мешать.
Я молча кивнула, сказать все равно не могла ничего. Меня душили слезы. У двери я снова обернулась, чтобы заметить, как Влад бережно убирает волосы с лица девушки.
– Это ничего не значит, – шепнул мне Ян на ухо и настойчиво потянул за собой к выходу.
Я послушно повиновалась. Может быть, он прав. Время покажет.
Я стояла у окна и, приоткрыв занавеску, наблюдала за тем, как в утренней метели исчезает ярко-красный джип. Ян первым уехал из клуба Камы, где мы, обессиленные после ритуала, остались ночевать. Он только на пару минут заскочил ко мне. Подошел так близко, что я почувствовала свежий аромат незнакомого геля для душа, осторожно взял за подбородок и сказал:
– Ты теперь свободна, змейка. Используй свое счастье с умом.
– То есть не возвращайся в лицей? – Я закусила губу, не понимая, откуда слезы.
– Это решать тебе. Я постараюсь успокоить Шешу, но… – Ян задумался. – Что-то подсказываем мне, что тобой и Владом интересуется не он один. Тех… других… убедить будет сложнее. Да и король нагов зол…
– Убедить в чем?
– В том, что ты больше не несешь опасность миру, как и Влад. Но на данный момент вам ничего не угрожает. Так что наслаждайся жизнью, пока есть такая возможность.
– А ты? – Вопрос неожиданно сорвался с губ.
– А я всегда наслаждаюсь жизнью, из века в век. Возможно, настало время что-то изменить.
– Ты уедешь из лицея?
– Кто знает? – Парень пожал плечами и, улыбнувшись, чмокнул меня в щеку. – Не люблю загадывать.
