– На прошлой неделе, когда я засадил колючку себе в лапу, этот проклятый цирюльник долго не приходил мне на помощь. Я ждал-ждал, а он потом заявил, что у него было много посетителей-людей, которые пришли раньше. – Птица в сердцах плюнула зёрнышками гуавы. – Каков наглец!
– Не думаю, что за это отец велит арестовать цирюльника, – заметил Нил.
– Может, мне попросить дворцовую мышку укусить его величество за его царственное пузо? – предложил Туни.
– А если мышка не захочет?
– Ну тогда я попрошу дворцовую кошку съесть мышку.
Что за бред!
– Где мои родители? – перебила я.
Но Нил замахал на меня рукой, чтобы я замолчала.
– А если кошка откажется есть мышку? – сказал он.
– Тогда… – раздухарился Туни, – я попрошу палку побить кошку.
– А если палка откажется бить кошку?
– Ну, я попрошу огонь сжечь палку.
Нил, похоже, тащился от этой игры. Он поднял с земли одну из недозревших гуав, которыми швыряла в нас птица, и принялся подкидывать её в воздух. Но, возможно, Нил лишь притворялся, потому что я видела, как у него нервно подёргивается щека.
– А если огонь откажется сжечь палку? – спросил Нил у птицы.
– А попрошу море залить огонь!
Тут я тоже подключилась:
– Ладно, а если море не согласится залить огонь?
Нил едва заметно улыбнулся, и я была поражена тем, как приятно, оказывается, быть на одной стороне с ним.
– Я попрошу слона выпить море!
– А если слон откажется выпить море? – в один голос спросили мы с Нилом.
– Я обращусь к самому мелкому животному, которое только смогу найти.
– Муравью? – предположила я.
– Мошке? – добавил Нил.
Вдруг кто-то больно укусил меня в руку, и я машинально прихлопнула его, неожиданно вспомнив, что́ говорил Нил на базаре.
– Нет, это комар, правильно?
Туни ткнул клювом гуаву:
– О да, я попрошу комара укусить слона.
– А если комар откажется… – начал Нил.
Но теперь я шикнула на него, чтобы он молчал.
Кажется, я поняла. В сказках о животных, которые рассказывал мне папа, речь обычно шла о судьбе и предназначении – дхарме. Вывод всегда был один: если встретишь в джунглях доброго тигра или крокодила, не доверяй им. Потому что хищники – как бы они ни клялись, что не тронут тебя, – всё равно тебя съедят. Такова их природа. Им предназначено есть людей. А комару предназначено кусаться. Вот уж никогда не думала, что от папиных сказок может быть хоть какая-то польза – в смысле, не так уж часто натыкаешься на тигров и крокодилов на улицах Нью-Джерси. Но сейчас я так обрадовалась, вспомнив о них!
– Комар не откажется, – сказала я Туни. – Комарам нравится кусаться, это их предназначение. Так?
– Именно так! Принцесса Киранмала будет выступать каждый день в царской лесной чайной в семь и одиннадцать часов вечера, – крикнула птица в бамбуковую палочку, как в микрофон. – Приходите, не пожалеете! Лучший номер по отгадыванию загадок по эту сторону пограничного коридора! И не пропустите блюдо от шефа – носки, полные креветок. Только для ранних пташек!
– Значит, комар… – начала я.
– Ты поняла юмор? – перебил меня Туни, потом прикрыл клюв крылом, словно хотел сообщить секрет. – Для ранних пташек! Носки! Поняла юмор?
– Поняла, просто обхохочешься, – согласилась я. – Ранняя пташка носок прочищает, а поздняя – глаза протирает, и всё такое.
– Ранняя пташка носок прочищает! – захлёбывался от восторга Туни. – Супер! Надо запомнить на будущее, ещё пригодится!
Стараясь не вскидывать иронически брови, я принялась разгадывать дальше:
– Значит, комар пригрозит слону, что укусит его, а слон пригрозит морю, что выпьет его. Тогда море пригрозит огню залить его, огонь пригрозит палке сжечь её, палка пригрозит кошке побить её… – Я остановилась перевести дух.
– Кошка пригрозит мышке съесть её, а мышка пригрозит укусить царя за пузо, – договорил Нил.
– И тогда царь согласится арестовать цирюльника, – заключили мы вместе.
– И какова мораль сей притчи, девочки и мальчики? – Туни, словно дирижёр, взмахнул бамбуковой палочкой.
– Надо жить дружно? – предположила я.
– Царям не стоит скупиться на мышеловки? – наугад спросил Нил.
Тунтуни прямо-таки рухнул на ветку, прикрывая крыльями глаза:
– Вот оно, горе от глупости. А я возлагал на вас двоих такие надежды!
Я уставилась на крошечную птичку, державшую наши судьбы в своих жёлтых ручках. Точнее, крылышках. И тут меня осенило:
– Самое крошечное существо может быть самым могущественным!
Туни снова уселся на ветке:
– Это ваш окончательный ответ?
– Э… – Я оглянулась на Нила, он закивал. – Да-да, окончательный.
– Как насчёт звонка принцу?
– Нет, она не будет звонить принцу, – нетерпеливо сказал Нил.
– Прошу прощения, я должен услышать непосредственного участника конкурса, – произнёс Туни голосом ведущего телевикторины.
– Нет, я отказываюсь от звонка принцу.
– Вы абсолютно уверены в своём ответе? – не унималась птица. – Вы понимаете, что от этого зависит ваш выигрыш?
– Да, абсолютно уверена.
– Ну давай уже дальше, – торопил Нил.
– Итак… – Туни сделал паузу и покрутился на ветке. – Ответ верный!
Как это ни смешно – мы же ничего не выиграли, – Нил дал мне пять, а я запрыгала от радости.
