Нил пробивался к драгоценному камню. Ему как полудемону было проще, чем мне. Но успеет ли он? Питон выдрал ещё пару стрел. Я торопливо нащупала колчан – там осталась всего одна стрела с верёвкой. Стоит ли её использовать? Будет ли от этого польза? Я всё же зарядила лук и, натянув тетиву, прицелилась в потолок.
Чпок. Чпок. Чпок.
Змей почти полностью освободился от верёвок. Правда, и Нил уже добрался до камня. Но вопреки плану принц не схватил сияющий камень и не бросился бежать, а принялся забрасывать его илом. И в пещере сразу начало темнеть. Моё сердце забилось быстрее. Не знаю, откуда у меня бралась смелость, чтобы скакать на гигантском питоне, как на коне, но я точно не смогла бы делать это в темноте. Будь у меня силы, я бы заорала Нилу, чтобы он прекратил, но меня хватало только на то, чтобы цепляться за бьющегося об пол змея.
В меркнущем свете я увидела, как Нил воткнул меч в ил рукояткой вниз. Острие торчало наружу прямо перед камнем.
– На счёт «три» делай тарзанку! – крикнул он мне.
Тарзанку?
– Раз… два…
Ладно, будет тебе тарзанка.
Питон подо мной вырвал из потолка последнюю стрелу, и теперь верёвки со стрелами повисли на нём странным ошейником, который, к сожалению, никак не сдерживал змея.
Я пустила в потолок последнюю стрелу и, ухватившись за конец верёвки, спрыгнула со змеи. На это ушли мои последние силы. Я висела в десяти метрах над полом, и все мои мышцы дрожали от напряжения.
– Три! – Нил кинул последнюю горсть ила на камень питона.
Пещера погрузилась в глубокую темноту, пронизанную мерзким запахом змеи. А может, это был запах моего страха? Я так крепко зажмурилась от ужаса, что перед глазами закружились звёзды. Но, по крайней мере, эта темнота была мне хорошо знакома, в отличие от кромешной тьмы пещеры. Блин! Вспотевшие ладони скользили по верёвке, и я медленно сползала вниз. В стотысячный раз за последние несколько дней я была на волосок от гибели. Это стало бесконечным припевом в моей жизни.
Тут в темноте раздался такой знакомый голос Нила:
– Эй, ты, кусок слизи, где же твой бесценный камень?
Питон зашипел и пополз от меня в другой конец пещеры. Я отчаянно сжимала верёвку и всё равно продолжала съезжать. Но я не хотела умирать. Я хотела снова увидеть родителей, поболтать с Зузу и даже поругаться с Нилом.
Внезапно пещера наполнилась пронзительным воем – это змей, пытаясь нащупать свой камень, напоролся на меч Нила. Вопли были ужасные – пронзительные, почти человеческие. Потом раздался грохот, как будто лупили по огромному, лежащему на земле барабану, и всё стихло.
И тут же в пещере вспыхнул свет, словно взошло подземное солнце, – это Нил счистил с камня немного грязи. Давно я так не радовалась.
Гигантское тело питона лежало неподвижно, вокруг него растекалась тёмная лужа крови. Пытаясь дотянуться до своего драгоценного камня, змей напоролся на меч, разрезавший его пополам. Нам с Нилом не хватило сил, чтобы убить его, но он прикончил себя сам.
Я облегчённо выдохнула и заскользила вниз по верёвке. Вот только она закончилась слишком высоко над полом пещеры.
– Ой, мама!
Нил с перепачканным камнем в руках стоял прямо подо мной.
– Отпусти руки! – сказал он.
Я в отчаянии замотала головой.
– Ну же, – мягко повторил Нил. – Доверься мне! Нравится тебе или нет, но мы теперь заодно.
Доверяла ли я Нилу? Трудно сказать. Мне то и дело хотелось придушить его, а уже через миг один из нас спасал другому жизнь. В любом случае нам и вправду предстояло держаться вместе, пока не спасём свои семьи. А значит, без доверия не обойтись.
– Думаю, нам – наполовину чудовищам – надо стоять друг за друга.
У нас с Нилом было много общего, даже если мне не особо хотелось в этом признаваться.
Я отпустила руки. Дальше получилось совсем не похоже на сцену из кино, где принцесса легко падает в объятия поджидающего героя. Я больше напомнила себе наковальню, летящую в голову мультяшному персонажу, и как молот рухнула прямо на Нила.
Шмяк. Мы оба погрузились в жидкую грязь.
– Сам напросился. – Я стёрла с лица ил.
– Да уж… – Нил расплылся в довольной улыбке.
К сожалению, прелесть момента «в грязевой ванне» была нарушена жутким шипением, от которого у меня сердце ушло в пятки. Это было ещё страшнее темноты.
– Добро пожаловать домой, – хором прошипели семь голосов, – с-с-сес-с-стрица.
Над нами возвышалась, покачиваясь, семиглавая кобра. Её зелёная чешуйчатая кожа сияла в свете камня питона, который она туго обвивала своим мощным хвостом. Головы кобры, украшенные небольшими драгоценными камнями, тоже сияли, хотя и не так ярко. Длинные шеи извивались в бесконечном танце, и на капюшоне каждой головы я заметила тот же «очковый» знак, что был у меня на руке, – словно два глаза холодно и безжалостно следили за мной всю мою жизнь.
Это было пугающе-жутко и одновременно завораживало.
Когда царица демонов, прикинувшись Данави, рассказывала мне историю Лунной девы и её похищенных сыновей, я представляла, что моих братьев превратили в семерых змей, но сейчас поняла, что они стали семью головами на одном мощном змеином туловище.
