– Избавиться – не подходит по нескольким причинам. Во-первых, и так слишком много незапланированных смертей и несчастных случаев. Еще один, боюсь, привлечет ненужное внимание. Оставим этот вариант на тот случай, если не придумаем ничего лучше.
– А во‑вторых? – уточнила Елена Владленовна. – Ты сказал, – во‑первых. Значит, должно быть как минимум во‑вторых.
– В этом лицее есть всего три человека, которые могут соврать мне. Даже ты не входишь в их число. Я не верю, что обычная девчонка с каплей древней крови вдруг неожиданно оказалась четвертой.
– Это невозможно, – согласилась Елена Владленовна. – Ей кто-то помог.
– И это не Ян или Яна. Ни тот, ни другая с Алиной практически не общаются. Они едва знакомы, а значит, остается один. Последний.
– Влад… – завершила мысль Елена Владленовна.
– И у меня животрепещущий вопрос. Зачем он это сделал? И что еще скрывает от меня? Боюсь, как ты и предполагала, ничем не примечательная блондиночка стала серьезной проблемой.
– Ты же всегда сам говорил, что проблемы нужно устранять, – плотоядно улыбнулась Елена Владленовна, и ее радужку затопило расплавленное золото.
– Мы и устраним, но не открыто и не сразу. Стоит подумать. Влад совсем не тот, кого бы мне хотелось злить. Он нужен нам. И действовать опрометчиво ни в коем случае нельзя. До тех пор, пока девчонка никуда не лезет, не будем ее трогать. А сейчас постараемся понять, какие отношения связывают ее с Владом.
– Может быть, он просто ее пожалел? – вырвалось у Елены нелепое предположение, и Шеша взглянул на нее так, что она предпочла замолчать.
– Влад не проявляет жалость ко всем без разбора. Боюсь, что мой так называемый сын сильно преуменьшил свою увлеченность Алиной. И меня это пугает.
– У нас образовался любовный треугольник, – с усмешкой заметила Елена Владленовна и задумалась. – От любовного треугольника нужно избавиться.
– Ты знаешь, что наш треугольник – не простой. Владу не подходит Алина, из нее не получится королева нагов. И дело тут не в силе, а в определенных личностных качествах.
– Дай мне пару дней. Возможно, смогу предложить решение этой проблемы.
– У тебя возникли какие-то мысли?
– Да, но мне нужно посоветоваться. Вероятно, я смогу тебя порадовать, но лишь в том случае, если чувства Влада в отношении Алины – не пустые домыслы. Иначе все это бессмысленно.
– Если чувства к девчонке домыслы, меня она вообще мало волнует. Ты знаешь, по какому поводу я переживаю больше всего.
– Я понимаю и постараюсь решить проблему.
– Не подведи, – бросил Шеша, резко поднялся с дивана и вышел.
Перед встречей с Владом я очень нервничала. На парах постоянно отвлекалась, несколько раз теряла нить рассуждений преподавателя и в конце концов не выдержала: ушла с литературы.
Я занималась прилежно, оценки у меня были хорошие, к тому же я не имела привычки прогуливать. Поэтому Зинаида Никифоровна без проблем поверила в мою головную боль и отпустила отдыхать. Я даже почти не соврала, потому что голова заболела чуть позже.
Но в комнате стало еще хуже. От неизвестности хотелось лезть на стену, и в итоге я не отдыхала, а только и делала, что боролась с желанием найти Влада прямо сейчас и попытаться объяснить свое поведение. Но это очень походило бы на попытку оправдаться, а оправдываться я не хотела. Катурин-младший и так смотрел на меня, как на преступницу.
Поэтому я сделала то, что и делают в таких ситуациях. Устав терзаться от мыслей, пошла в зал – убивать свое тело. Там стало немного лучше, хотя беговая дорожка все равно не избавила от размышлений.
Было ясно, что Владу придется рассказать практически все, и я не представляла, как он отреагирует. А вдруг после нашего разговора Георгий Романович исчезнет так же быстро, как Кирилл Дмитриевич? Что тогда делать мне? Как справиться с этой ситуацией?
Я боялась окончательно разочароваться во Владе и переживала, что буду терзаться от осознания собственной вины, если из-за моих откровений пострадает кто-то другой. Было тяжело признаться даже себе, что я подозреваю Влада в способности убить человека и в то же время схожу по нему с ума. Жуткое и волнующее состояние. Я могла оправдать себя тем, что пока мои подозрения не подтвердились. Но что произойдет после нашего разговора, я не знала.
И это сводило с ума.
Вернувшись из зала, устало рухнула на кровать. В этот раз даже от физической активности легче не стало. После пар забежала Ксюха и позвала ужинать, но я не пошла. Просто сделала вид, что сплю, а на предложение встать вяло отмахнулась и перевернулась на другой бок.
Когда за подругой закрылась дверь, я встала и сходила в душ в надежде, что обжигающие струи и кофейный гель помогут привести нервы в порядок. В результате я не выдержала и выпила несколько капель валерьянки, зажевав сильно пахнущую настойку мятной жевательной резинкой.
