Я замерла перед дверью, не решаясь постучать, и услышала доносящееся из помещения странное шипящее пение.
Любопытство победило тактичность. Тихонько, стараясь не дышать, я толкнула дверь и обнаружила, что она не заперта. В маленькой прихожей, ничем не отличающейся от нашей, было темно. Если бы звуки, доносящиеся из комнаты, столь отчетливо не напоминали змеиное шипение из моего сна, я бы ни при каких обстоятельствах не стала подкрадываться ближе. Мне было неловко, стыдно и в то же время интересно. С одной стороны, я очень боялась увидеть что-нибудь личное, а с другой – жаждала проникнуть в лицейские тайны.
То, что я заметила в полумраке комнаты, смутило и напугало одновременно. Щеки вспыхнули, когда взгляд наткнулся на нашего проверяющего. Его рубашка была расстегнута. Мужчина развалился в кресле. Пустые глаза неотрывно смотрели на извивающуюся в странном завораживающем танце Елену Владленовну. Узкое, черное, слегка переливающееся платье в пол походило на змеиный хвост. Плавные ритмичные движения напоминали танец змеи, гипнотизирующей жертву.
Картина была пугающей, и я едва не вскрикнула от омерзения. Помощница директора тихо пела: шипение и пересвистывание, но ни одного членораздельного слова. Погружая в транс своего гостя, Елена Владленовна, похоже, и сама не замечала ничего вокруг. По крайней мере, мое присутствие до сих пор не раскрылось.
Гибкое грациозное тело, затянутое в строгое черное платье, напоминало маятник. Ладони двигались из стороны в сторону, как в индийском танце, и притягивали взгляд замершего в кресле мужчины. Похоже, он не видел ничего, кроме гипнотизирующей его женщины.
– Спи, – шепнула она, наклонившись, и проверяющий послушно закрыл глаза, откинувшись на спинку кресла. – А когда проснешься, будешь делать то, что я скажу.
Я вжалась в стену, стараясь не дышать. Страх быть пойманной на месте преступления оказался так велик, что у меня задрожали колени. К счастью, Елене Владленовне было не до меня. Она подошла к одной из стен и провела руками по ее поверхности. Я с удивлением увидела, как между ладонями помощницы директора и книжными полками замерцало голубоватое пламя. Два резких жеста, напоминающих позы в танце, хлопок, едва заметное движение шеей вперед-назад, знакомое мне с занятий восточными танцами, – и часть стены отъехала в сторону, открывая еще один тайный проход.
Елена Владленовна шагнула в темную нишу, и полки на стене вернулись в исходное положение.
Ладони стали липкими от ужаса, колени дрожали. Пытаясь переварить увиденное, я опустилась на пол в прихожей и прижалась спиной к низкой обувной тумбочке. Нужно было бежать, но встать не получалось. К тому же несносный внутренний голос заставлял подойти и посмотреть, жив ли гость Елены Владленовны.
Немного успокоившись, я поднялась на ноги и шагнула к дивану. Как и предполагала, мужчина просто спал. Его тяжелое дыхание слышалось от самого входа в комнату. С облегчением выдохнув, я повернулась к стене, за которой скрылась помощница директора. Похоже, мое неуемное любопытство могло победить любой страх.
– Всего одним глазком, – пообещала я себе и кинулась к книжным полкам, постоянно оглядываясь на спящего в кресле мужчину. Не хотелось бы, чтобы он проснулся в самый неподходящий момент.
Если бы кто-нибудь сказал мне месяц назад, чем я буду заниматься и в какие странности верить, я бы подняла его на смех. А сейчас стояла перед стеной, пытаясь скопировать жесты Елены Владленовны.
Я поднесла ладони к полкам, почти касаясь корешков книг, и медленно развела руки в стороны. Кожу обожгло вспыхнувшее пламя. Казалось, что трогаешь раскаленную на летнем солнце крышу. Обжигает, но не так сильно, как открытый огонь.
Сосредоточившись, я попыталась повторить все движения помощницы директора у стены и в заключение хлопнула в ладоши, как и она. Я не ожидала, что у меня получится, поэтому, когда часть стены отъехала в сторону, едва не кинулась с визгом в коридор. Но сдержалась и, превозмогая страх, заглянула в тайное помещение.
Узкий неосвещенный проход вел резко вниз. В темноту уходили крутые ступени, которые подсвечивались лишь редкими фонарями под потолком. Чувствуя, что делаю глупость, я осторожно ступила на каменную лестницу.
Едва я сделала шаг, как стена за моей спиной с лязгом захлопнулась. Меня охватила паника. Из глаз хлынули слезы, и я несколько раз с силой ударила плечом в стену. Туда, где, по моему представлению, должна была находиться дверь. Поднесение ладоней, странные жесты и хлопки не дали результата. Похоже, здесь выйти обратно нельзя.
Остается надеяться, что Елена Владленовна решит выбраться на поверхность в другом месте и мы не столкнемся лицом к лицу. Главное – найти, где именно, и выйти следом. А для начала нужно просто спуститься и осмотреться. Раз есть вход, которым регулярно пользуются, значит, есть и выход.
