- Саша! – снова закричала она.
В комнату вошёл её сын и, не обратив внимание на телефон, который женщина прижимала к себе, нахмурился:
- Ты не переодела его, - первое, что произнёс он, зажав нос ладонью. – От него же несёт.
- Саша, - голос Лиды дрогнул, - я не учила тебя такому. В кого ты превратился? И когда? Я не понимаю.
- Тебе его жалко? – прищурил глаза парень.
- А тебе нет? – удивилась она.
- И мне жалко, - примирительно произнёс сын. – Поэтому я и пригласил тебя.
Лида покачнулась и упала бы, если бы её не поддержал под локоть Кирилл. Он решил пока не вмешиваться, чувствуя, как важно Лиде самой поставить точки над «и» в отношениях с сыном.
- Ты хочешь, чтобы я… - она потеряла дар речи, поняв весь трагизм ситуации.
- Ты же была его женой, - ответил Саша, продолжая закрывать нос ладонью.
- А ты его сын, - возразила она. – И где Кристина Олеговна? Она же его опекун.
- Она уехала отдыхать и спихнула его, - махнул свободной рукой на отца, - на меня. А у меня своя жизнь. Я не могу. Это же мерзко…
- Мерзко? - переспросила женщина.
- Противно, - добавил сын.
- Мерзко и противно ухаживать за отцом? - не могла поверить в услышанное Лида.
Саша передёрнул плечами.
- Найми медсестру, - взволнованно произнесла мать.
- У меня нет таких денег, - повысил парень голос.
- Пусть Кристина Олеговна наймёт, - перебила его Лида.
- Если бы ты не встала в позу, - вздохнул Саша, - а выполнила бы свой долг, как его бывшая жена, то проблем бы ни у кого не было. Тем более, что сейчас ты не работаешь.
- Вот, значит, как, - слёзы задрожали в глазах Лиды. – Что ж. Видит бог, я не хотела этого. Кирилл, - обратилась к мужчине, - помоги распрямить тело Дмитрия.
Кирилл молча принялся исполнять её просьбу. И Лида, и Кирилл заметили, как скривилось от пренебрежения лицо Дмитрия. Его буквально перекосило.
- Саша, - продолжила женщина, - весь наш разговор я сняла на видео и сегодня же передам куда положено.
- Да, ради бога, - усмехнулся Саша. – Я буду только рад, если его отсюда уберут.
- Саша! – воскликнула мать.
- А что Саша? Что Саша? Только лицемерить не надо, - вспылил он. – Ты хочешь добренькой казаться, потому что боишься признаться, что тебе нравится, что отец такой. Ты злорадствуешь в душе, что он наконец получил по заслугам. Иначе, давно бы бросилась ухаживать за ним, как мать Тереза.
- Ты ошибаешься, - Лида вцепилась в руку Кирилла, ища поддержку. – Мне нужно было не это, - она перевела взгляд на Диму. – Достаточно было искреннего раскаяния. Простого извинения. А он даже сейчас не готов на этот шаг, - Дмитрий отвёл взгляд, подтверждая её слова. - Пойдём, - погладила по плечу Кирилла. – Нам больше нечего здесь делать.
- Мама? – растерялся Саша. – Ты правда уйдёшь? Вот так?
- Да. И пока ты не изменишься, не пересмотришь свой взгляд на жизнь, нам лучше не встречаться, - ответила она, замерев в коридоре.
- Мама! – бросился за ней Саша. – А кто будет меня содержать? Я ведь учусь!
- Ты уже совершеннолетний, - парировала она.
- Но я учусь! Ты вынуждаешь подать на тебя в суд, - выпалил он.
- Подавай, - выдохнула женщина и вышла из квартиры.
- Лида, - подхватил женщину на руки Кирилл, когда она стала падать, так как ноги её не держали. – Всё хорошо. Ты молодец.
- Я плохая мать, - всхлипнула женщина. – Я плохая мать, раз не смогла воспитать сына порядочным человеком, - уткнулась ему в плечо и расплакалась.
Как хочется, чтобы любовь была похожа на сказку. Нежную. Волшебную. Обязательно с хорошим концом.
И если с нежностью и волшебством всё понятно, то с «хорошим концом», как ни крути, загвоздка получается. Для кого-то счастье – обрести семью и детей, для кого-то - дом, полная чаша, а кому-то развод – великое благо, поскольку волшебство давно иссякло, а нежность… Нерастраченную нежность, как капусту не сквасишь или как огурцы не засолишь. Её дарить надо, причём безвозмездно, и получать в ответ, так же безвозмездно…
Сашу распирало от злости, ярости и негодования: «Да, как она могла такое сказать мне в лицо! И это мать?»
Он влетел в свою комнату. Его трясло. Подрагивающими руками он принялся переодеваться. Находиться в квартире не мог. Задыхался. Ему необходимо было вырваться из этого болота. Развеяться.
Парень торопливо вышел из квартиры, даже не заглянув в комнату отца перед уходом. Всё его раздражало. Нервировало.
На улице его ждало такси.
Саша разместился на заднем сиденье и вытер вспотевшие ладони о брюки.
«Сегодня у Петра большая игра в карты», - думал молодой человек.
Через четверть часа машина остановилась у новенькой многоэтажки. Саша расплатился с водителем такси и решительно вошёл в подъезд. Он и раньше бывал у Пети. Иногда играл. Выпивал. Компания у приятеля всегда отменная собиралась. Девочки… симпатичные.
- Санька! Молоток, что пришёл, - открыл входную дверь сам хозяин квартиры, хлопнув гостя по плечу. – Сегодня отличная компания подобралась. Будут хорошие ставки, - потёр руки, с предвкушающей улыбкой.
- Тогда я в игре, - ответил ему Саша.
- Нервишки решил пощекотать?
- А если и так! – вспыхнул гость. – Мои деньги. Как хочу так и трачу.
