«Приедет. Приедет. Приедет», - как сумасшедшее, стучало её сердце.
Любовь можно сравнить с выращиванием жемчуга, ведь никому не известно вырастет ли из маленькой бусинки красивая жемчужина или все затраты и ожидания будут тщетными. Всё или ничего.
И ещё всех, почему-то, волнует размер жемчужины, а не количество сил и времени, потраченных на выращивание чуда. Чуда ли, если, говорят, что жемчуг можно выращивать искусственно. А любовь?
Кирилл с глупой и невозможно счастливой улыбкой смотрел на погасший экран телефона.
«Она мне позвонила! Позвонила! – гулко стучало его сердце. – Шанс! Боже! У меня есть шанс!»
С такой скоростью он ещё ни разу не собирался. Тёмные брюки, синяя водолазка, серые кроссовки.
«Цветы», - напоминал он себе, закрывая входную дверь квартиры.
Весело перепрыгивая через ступеньки, молодой человек спускался по лестнице, что-то насвистывая себе под нос.
Машина задорно подмигнула ему. Кирилл плюхнулся на водительское сиденье.
«Дзинь. Дзинь. Дзинь», - неожиданно громко зазвонил его телефон.
- Да, - ответил он, выруливая со двора.
- Кира, - всхлипывая произнесла его мать, - Кира, приезжай в городскую больницу. Оля. Она, - и заплакала.
- Что она?
- Она…
- Умерла? – прошептал он, резко ударив по тормозам.
- Что ты! – воскликнула женщина. – Она напилась и неудачно упала.
- Боже! – вырвалось у молодого человека. – А ребёнок?
- Какой ребёнок? - смутилась женщина.
- Мама! Ребёнок, которого она ждала от Дмитрия.
Женщина тяжело дышала в трубку и молчала.
- Нет никакого ребёнка, - сам догадался Кирилл. – Она всех обманула.
- Кирилл, пожалуйста, - затараторила мать, - приезжай. Я одна. Не знаю, что делать.
- А где твой муж?
- Он разозлился, когда узнал, что Олечка обманула о беременности.
- Позвони, отцу.
- Он тоже отказался приезжать. Что они понимают. Девочка хотела быть счастливой. А в любви все средства хороши.
- Я тоже не приеду, - отрезал Кирилл. – Оля поступила подло. Впрочем, чего можно было от неё ожидать. Она же лучшая подруга Инны.
- Кира! – продолжала его упрашивать мать. – Оля неудачно упала и повредила лицо. Ты не представляешь, что значит для девушки её лицо. Это же… всё… Прошу тебя, ради меня. Сынок, - плакала она.
Мужчина съехал с дороги. Его душа рвалась к Лиде, а совесть настаивала, что Ольга, какая – никакая, а его сестра.
- Хорошо. Я приеду, - выдавил сквозь зубы.
- Спасибо, Кира. Спасибо, - зашептала мать.
Кирилл вздохнул и набрал номер Лиды.
- Алло, - её голос был звонким и радостным.
- Лидочка, - снова вздохнул Кирилл.
- Что? Что случилось? – она уловила смятение и сожаление в его голосе.
- Я не смогу приехать. Очень хочу. Очень. Но… - запнулся, - произошло кое-что.
Лида молчала, испытывая жгучее разочарование.
- Позвонила мать, - пояснил он, - Ольга напилась и упала. Подробностей я не знаю. Мать говорит, что падение было очень неудачным. Оля повредила лицо.
- Господи, - ошеломлённо прошептала Лида. – А ребёнок?
- Нет никакого ребёнка, - тихо сказал мужчина. – Нет и никогда не было.
- Как? – воскликнула женщина.
- Всё было обманом.
- Бедная, - вырвалось у Лиды.
- Бедная? – удивился Кирилл.
- Только представь, как она отчаялась, чтобы выдумать такое.
- Лида, Лида, - укоризненно произнёс мужчина. – Она это делала не от отчаяния, а для выгоды.
- Всё равно. Жалко её. Лицо для женщины - это всё.
На губах Кирилла мелькнула кривоватая улыбка: «Женщины!»
- Надеюсь, что всё обойдётся, - добавила Лида.
- Я позвоню, - и замолчал.
- Конечно позвони. Даже не сомневайся.
- Люблю тебя, - вздохнул мужчина. – Как же я хочу оказаться рядом с тобой, обнять, почувствовать твои мягкие, сладкие губы…
- Кирилл, - улыбка слышалась в её голосе.
- Всё, всё, больше не буду.
- Буду ждать звонка.
Мужчина нехотя попрощался с любимой, ещё немного повздыхал, сожалея, что долгожданная встреча откладывается на неопределённое время и направил автомобиль в сторону больницы.
«Надеюсь, - мрачно думал он, - что это не окажется очередным фарсом и обманом».
Ложь… Она сладкой патокой льётся в уши, опутывает своей липкой паутиной сердце, задурманивает, ослепляет разум и уничтожает душу.
Зачем лгать? Чтобы в один прекрасный момент поскользнуться на этой самой лжи? Или сломать голову, запоминая, кому и что было сказано? Или в конце концов потеряться, разорвав тонкую нить между реальностью и вымыслом…
Кирилл довольно быстро добрался до больницы. На улице его встретила мать. Женщина нервно расхаживала перед входом в приёмное отделение.
- Наконец-то! – воскликнула она, бросаясь к сыну.
- Как Оля?
- Кира, - обняла его женщина. – Всё плохо. Оля навсегда останется инвалидом.
- Где она? – обнял он плачущую мать.
- В хирургическом отделении.
- Ты видела врача? Каков прогноз?
Женщина только всхлипывала.
- Хорошо. Я сам всё узнаю. Ты побудь здесь.
Он посадил мать на лавочку, а сам поспешил к соседнему зданию, в котором находилось отделение хирургии.
Внизу его встретила худощавая женщина, лет пятидесяти в зелёном, затёртом на животе и локтях, халате.
- Доброй ночи, - поздоровался Кирилл.
