— И этот человек недавно утверждал, что у него нет ничего общего с представителями факультета Когтевран. — Протянул Снейп постукивая пальцами скрещенных рук. Это не сулило ничего хорошего. — Продолжай.
Ну собственно осталось рассказать всего ничего. Продвинуться дальше в своих исследованиях мне не удалось. На реагенты, втихаря взятые в домашней лаборатории, кристалл никак не отреагировал. Накладывать настоящие заклинания я по понятным причинам не могла — запрет на использование палочки всё ещё действовал, а мой магический дар пока не стабилизировался. В один из дней после череды бесплотных попыток я вздохнув отложила кристалл в сторону и решила немного расслабиться, послушав музыку. Был уже вечер и нужно было идти готовить ужин так что я остановила граммофон и отправилась к двери, но так и замерла с протянутой к ручке рукой. Музыка продолжала звучать, только воспроизводилась в обратном порядке.
— То есть… Ты хочешь сказать, что эти кристаллы обладают эффектом памяти? И в придачу способны усиливать заложенную в них силу? — Северус задумчиво потёр подбородок, видимо рассказанные мной факты пробудили его интерес.
— Да именно так! Я проверила ещё несколько раз и все подтвердилось. Только это срабатывает, если источник музыки находится в пределах метра от кристалла. Но представь, какие возможности для нас открываются! Из-за высокого магического фона в местах обитания волшебников не работает электроника, которой так изобилует мир маглов. Даже послушать современную музыку или телепередачу для нас проблема. А если мы доведём до ума эти кристаллы я смогу слушать музыку прямо в Хогвартсе и долой эти старые развалины-граммофоны!
В порыве эмоций я закружилась по болоту. Мое предвкушающее мельтешение прервал неожиданно раздавшийся смех. Северус искренне смеялся, слегка согнувшись. Надо же, на моей памяти это первый раз, когда он так смеялся. Я аж залюбовалась. Улыбка полностью его преображала.
Отсмеявшись, он перехватил меня не позволяя свалиться в болотную жижу и пояснил.
— Теперь понятно причина такого ажиотажа с твоей стороны. Что? В подземельях слишком тихо?
Я уверенно кивнула.
— Тишина мне нравится, но порой так не хватает настоящей музыки.
— И что же, по-твоему, настоящая музыка? Тот кошмар что ты днями на пролет слушаешь на кухне? — Он взял меня на руки переходя одно из самых опасных мест.
Я зарделась. Такая забота всё ещё была для меня непривычна, но очень приятна.
— Нет, это все из-за качества граммофона. Он старый я попыталась его починить, но мне это удалось не лучшим образом. К тому же пластинки уже заезжены, некоторые песни и вовсе не разобрать. — Я протяжно вздохнула, последний факт меня особенно огорчал. Было в этой коллекции несколько отличных исполнителей, но пластинки оказались в таком ужасном состоянии, что не поддавались восстановлению. Даже после воздействия Репаро, которое применил Снейп по моей просьбе, повысить качество звучания удалось ненамного.
— В таком случае на следующей неделе отправимся в Лондон. Когда-то я знал несколько хороших винтажных магазинов, торгующих винилом. Даже если из твоей затеи ничего не выйдет, у тебя по крайней мере будет запас новой музыки, и ты не будешь мучать меня этим старьем.
— Так это все же твоя коллекция! Я так и знала! — Я не удержалась от выкрика и довольно захлопали в ладоши. Ранее Северус категорически отказался отвечать на этот вопрос. Теперь понятно почему. Некоторые исполнители и стили абсолютно не вязались с его образом. Та самая магловская АББА например.
— Ещё слово и ты окажется по шею в этой болотной жиже.
— Молчу-молчу. — Похоже моя взяла, и мне все же помогут с домашним проектом.
Поход в Лондон выдался плодотворным. Я разжилась большим запасом хорошей музыки на виниле. Правда заплатить за него пришлось прилично. Эти пластинки у маглов давно перешли в секцию винтажных и антикварных товаров, так что и платить за них приходилось больше. Но Северус не возражал. Похоже я его действительно порядком достала за это лето прослушиванием заезженных хитов прошлого.