Знак бесконечности полностью

Он забрал паспорт с невозмутимым видом, лишь слегка покраснел.

— Мы с вами увидим спектакль по нескольким рассказам писателя, перед посещением театра настоятельно рекомендую их прочитать. Записываем названия: «Хирургия», «Хамелеон», «Лошадиная фамилия».

Фея еле дождалась перемены, чтобы от души подразнить своего соседа, называя его Чеховым, а на следующий день принесла в школу карандашный портрет.

— Нам в художке задали нарисовать портрет, я решила сделать твой, — сказала она, хитро поглядывая на Антона.

Портрет был и правда узнаваем, Фея срисовывала его с одной из фотографий. Но подошла к заданию творчески, добавив характерные бородку, усы и очки.

— Очки особенно удались, да? — невинно спросила она.

— Пенсне, — поправил он. — Эти очки называются пенсне.

— Самый умный, да?

Он не ответил, только уголки губ слегка приподнялись в чуть заметной улыбке.

Портрет в итоге она ему подарила, а в театр не попала — заболела и провела две недели дома. Зато он каждый день присылал ей по одной цитате Чехова, типа «Краткость — сестра таланта» и «Не стоит мешать людям сходить с ума».

А когда четырнадцать исполнилось ей и она пригласила всех своих друзей в боулинг, он единственный из всех мальчиков пришел с цветами. Принес три белые розы.

Хмурый день превратился в мокрый и дождливый. Группа, еще немного побродив по развалинам аббатства, повернула в обратный путь.

— Мы в гостиницу, — сказал Василий, подойдя к Фее. — Скоро разыграется непогода, я рекомендую присоединиться к нам.

— Я не задержусь, — пообещала она, — еще минут пять погуляю и последую за вами.

— Ой, — раздалось рядом. — О-о-ой…

Это Ксюша подвернула ногу и чуть не упала на камни.

— Какая я неуклюжая.

Девушка стояла, опираясь о стену, и беспомощно глядела на гида.

— Наступить сможешь? — спросил Василий, подойдя к ней.

— Наверное.

Пришлось ему поддерживать прихрамывающую Ксюшу.

Стас устремился было к Фее, решив составить ей компанию, но потом вдруг передумал и примкнул к остальным.

Зато, закончив разговор по телефону, к Фее повернулся Тони. Он смотрел не мигая и пристально, будто звал присоединиться к группе. Она не смогла выдержать этот взгляд — отвернулась, уставилась на камни. Ей хотелось побыть одной, снова сосредоточиться на аббатстве. Только сразу вспомнился вчерашний вечер в баре, где они находились вдвоем. Им ведь даже не потребовались слова. Достаточно было просто сидеть рядом. Сколько лет они вот так сидели рядом.

Утром, когда группа шла к развалинам аббатства, Стас развлекал Фею разговорами, рассказывал про тренировки и выносливость, а она делала вид, что это очень интересно. Она вообще была мастер изображать свой интерес к предмету разговора. С Владом делала это постоянно. И вот теперь со Стасом.

А самой хотелось вернуться в тот вчерашний бар и снова ощутить безмолвную близость тела. Каждой клеточкой ощутить.

Какие же мы с тобой далекие теперь, Антон… И какие близкие… Правда?

Она протянула руку и снова коснулась камня. Закрыла глаза. Стояла так минуту или две, а когда подняла веки — увидела перед собой женщину. Не молодую и не старую, про таких говорят — без возраста. Женщина была в куртке и резиновых сапогах, она совсем не пряталась от дождя, ее рыжие с проседью кудрявые волосы намокли, а на бледной коже блестели капли. Женщина разглядывала Фею светло-серыми, с вкраплениями рыжего, глазами. Этот взгляд завораживал, и хотя Фее очень хотелось отвернуться — она не могла. Женщина словно заглядывала ей в душу, считывала ее, а потом едва заметно кивнула, и только тогда Фея поняла, что все это время не дышала.

Незнакомка кивнула еще раз, что-то пробормотала себе под нос и, отвернувшись, ушла. В противоположную от группы сторону. Она направилась к холмам. Дождь усилился, он почти размыл ее удалявшуюся фигуру. Капюшон женщина так и не надела. Рыжие с проседью пряди почти достигали пояса.